Нечасто новгородцам удавалось взойти на французский трон. Была Анна Ярославна, венценосная супруга Генриха I. Что бы там ни говорили в Киеве, дочь Ярослава Мудрого появилась на свет, когда он правил в Новгороде. И вот теперь есть Андрей Ярославич, первый русский, ставший обладателем главных литературных премий Франции (в середине 1990-х) и принятый во Французскую академию (в 2016-м).
Увидел Париж и не только не умер — обрёл бессмертие. Ведь академиков называют бессмертными, поскольку избирают их пожизненно.
«Представим себе француза, который приехал бы в Россию в 30-летнем возрасте впервые, бомжевал по подвалам и чердакам, а сам бы пописывал тем временем на хорошем русском языке (оттого, что в детстве любил Чехова и Достоевского) и сорвал бы в результате престижный литературный приз. Не представляем мы себе такого француза», — писала Татьяна Толстая («Русский человек на рандеву», «Знамя», № 6, 1998 г.).
Да, Андрей Макин «сорвал приз» — Гонкуровскую премию (а потом ещё и Медичи — такой дуплет на родине Бальзака никому и не снился!). За «Французское завещание», в котором, если в двух словах, главная героиня Шарлотта Лемонье воспитывает русского мальчика Алёшу французом.
Всего несколькими годами ранее, в 1987-м, Макин, преподаватель французской литературы новгородского института, не вернулся из заграничной командировки по лингвистическому обмену, попросив политического убежища. Скандал, проблемы у семьи — сын уважаемых людей, членов партии, и вот те раз!
В ельцинской России новость о необыкновенном успехе русского литератора зашла на ура. Радостно сообщила тогда об этом и новгородская пресса. В городской газете — под рубрикой «Знай наших». Стоп, а он точно наш? Макин блестяще самореализовался в другой стране, в другой культуре. Все его романы, а их у него уже более 20, написаны по-французски.
Настал 2022 год, началась СВО, парижская «Фигаро» взяла у Макина интервью. Оно было опубликовано под заголовком «Плевки в Россию не помогут украинцам». В переводе на русский — на сайте «ИноСМИ».
«Война украинской армии в Донбассе длилась восемь лет, — напомнил писатель журналисту, — в результате чего погибло тринадцать тысяч человек и столько же было ранено, в том числе дети. Я сожалею о политическом и медийном молчании вокруг этого, о равнодушии к погибшим, вся вина которых была в том, что они русскоязычные».
В целом интервью, как заметил один из комментаторов, это попытка «проскочить между двумя струйками». Пусть так… Всё же получается, что иностранец Макин — больше наш, чем беглецы-иноагенты, продолжающие писать по-русски.
Почему он не вернулся? «Та страна, в которой я жил, рухнула. Я верил не в идеалы коммунизма, а в идеалы братства и социальной справедливости. Я ненавидел всем своим существом «новую Россию», в которой можно было наступить на горло человеку, пройти и даже не обернуться».
Он последователен в суждениях и даже в развернувшемся на его глазах конфликте Запада и России плюсом для нашей страны видит «разрушение олигархической конструкции», которую называет «настоящей опухолью».
Всё вроде понятно. Кроме одного: разве в 1987-м, когда он предпочёл остаться во Франции, была уже «новая Россия»? В 1985-м Горбачёв сказал, что «главное начать, а затем расширить и углубить». Так оно и шло. В 1990-м ещё последний съезд КПСС состоялся.
А как быть с таким его утверждением, что ещё ребёнком в Советской России, где из газет была только «Правда», он мечтал о Франции с её свободой слова? Вот вырезка из «Новгородской правды» (это, видимо, была вторая газета, выходившая в России) с рецензией на «Книгу будущих командиров», которую, как признаётся семиклассник новгородской школы № 12 Андрей Макин, он со своими товарищами прочитал уже дважды. Кажется, это было в 1971-м.
А в октябре 1972-го 15-летний новгородский школьник Андрей Макин получил всесоюзную известность благодаря публикации в журнале «Юный техник» и авторскому свидетельству об изобретении несимметричного мультивибратора, положительно влияющего на сон. Это он так, будучи подростком, усыплял бдительность компетентных органов?
Макин не раз говорил, что его любимый писатель — Довлатов. И что он ставит его выше Чехова. Неизвестно, однако, когда он стал им зачитываться. Вплоть до отъезда из СССР в 1978 году Сергей Довлатов печатался лишь в самиздате.
Макин бунтарём не был. Всю свою известность он заработал во Франции. Из публикации в публикацию кочует шутка о том, как он, не имея средств к существованию, сразу же оказался в обществе лучших людей Франции, поскольку ему случалось ночевать в склепах кладбища Пер-Лашез. Андрей Ярославич весь окутан легендами, давно вошедшими в справочники.
Есть схема, напрочь отрицающая его новгородское детство: родился в Красноярске, учился в Пензе, работал в Новгороде… И каждый раз успех Макина приветствуется на всех его родинах. Ну и время от времени пишут и без информационного повода. Приятно же вспомнить. Вот довольно недавняя (2020 года) подробная статья на ресурсе «Астафьевка. Клуб почитателей Виктора Петровича» — «Французский писатель из Красноярска».
Десять лет назад на Портале 53 вышел материал Александра Власова «Новгородец в зелёном камзоле и со шпагой». Макин как раз получил зелёный и острый знаки отличия, став членом Французской академии. Власов, говоря о придуманной биографии, сослался на мнение литературоведа Натальи Сакрэ: «Сибирь — это составляющая мифа о русской душе, что больше соответствует ожиданиям французов, наслышанных про далёкую Россию с её суровым климатом».
Логично? И почему бы писателю не придумать себе жизнь? У него для этого вполне хватает фантазии и находчивости. Столкнувшись с трудностями при публикации первых романов, Макин убедил издателей, что у него есть очень хороший французский переводчик. Ну не верилось редакторам, что русский может сам прекрасно писать по-французски.
Правда журналист ввёл в свою публикацию ещё и некое moralite, напомнив, что Макин, оставшись во Франции, «по сути, бросил на произвол судьбы жену, с которой они сыграли свадьбу годом ранее», а его родителям «пришлось незаметно для общественности переехать в подмосковную Балашиху».
Бывший главный редактор «НВ» Владимир Дмитриев учился в институте у Миры Андреевны Макиной, профессора кафедры русской литературы педагогического института, доктора филологических наук. А уроки журналистики брал у Ярослава Михайловича Макина, работавшего в «Новгородской правде», а затем в Лениздате. Дмитриевы и Макины жили в одном подъезде дома на Десятинной, Владимир и Андрей ходили в одну школу и даже сидели за одной партой. Представляете?!
В 1995-м, увидев в газетах фото русского триумфатора от литературы, Владимир Николаевич приветствовал однокашника публикацией «Возвращение Андрея». Слегка удивившись, почему он стал Сергеевичем и откуда у него французская бабушка. Но мало ли, в советское время не все откровенничали о своей родословной.
«Википедия» уверенно пишет, что бабушка Андрея Макина по материнской линии — Шарлотта Сизова (Пикок). А в нашем федеральном издании, собкору которого удалось взять интервью у писателя, могут сопроводить справочку о нём оговорочкой от себя, мол, «по легенде»…
В СССР он защитил диссертацию по французской литературе, во Франции — по русской. По Бунину. «Поэтика ностальгии». Ностальгирует ли он сам? С кем близок? Есть ли жена, дети? Интернет молчит. Впрочем, да! У него есть «Любимая женщина». Хотя это тоже роман. Вообще-то про Екатерину II…
За сюжетами автор, давно имеющий гражданство Франции, продолжает ходить к нам. А собственной персоной появился лишь однажды — в 2001 году в составе официальной делегации во главе с президентом Шираком.
Ни один из романов Макина до сих пор не вышел книжкой в России. Своё «Французское завещание» он забраковал сам — не понравился русский перевод. Он слывёт едва ли не лучшим стилистом Франции. И не вернётся из своей затянувшейся лингвистической командировки. В сентябре следующего года нашему французскому земляку исполнится 70.
Теги: Андрей Макин, литература
