Наши коммунальные платежи разорительны, потому что мы не привыкли использовать энергоэффективные технологии и оборудование.
Недавно президент РФ Дмитрий Медведев распорядился срочно доработать и принять за кон об энергоэффективности. Эксперты, положительно оценивая это начинание, предупреждают: цена вопроса слишком велика, чтобы его можно было решить в ближайшее время, пишут «Новые известия». А получить результат, ничего не вложив, не получится.
Готовящийся законопроект предусматривает два основных метода борьбы за энергосбережение — кнут и пряник. С одной стороны, власти обещают субсидировать процентные ставки по кредитам на покупку энергоэффективного оборудования, ускоренную амортизацию такого оборудования, а также инвестиции в программы по энергосбережению. С другой — законопроект предусматривает возможность запрета оборота товаров, не отвечающих требованиям энергоэффективности. В частности, с 2011 года решительное вето будет наложено на лампы накаливания мощностью более 100 Вт. По заверениям правительства, закон будет принят уже в сентябре.
Высокая энергоемкость российского ВВП — это не «цена холода», а наследство плановой экономики, от которого за 17 лет так и не удалось избавиться. В последние годы мы демонстрировали неплохие темпы снижения энергозатратности, опережая западные страны. По оценке Центра по эффективному использованию энергии, энергоемкость российского ВВП в 2008 году снизилась на 4,5%, но главным фактором снижения были структурные сдвиги, а не внедрение новых технологий, за счет которых энергоемкость уменьшалась лишь на 1% в год. В кризисные годы (2009—2010) эта динамика может оказаться еще хуже. Энергосбережение в перспективе сулит российской экономике немалые выгоды. По данным Всемирного банка, страна может сэкономить до 45% потребления энергии, что сопоставимо с объемами, потребляемыми такими странами, как Франция и Великобритания. Кроме того, за счет энергосберегающих технологий отечественные предприятия мо гут снизить удельные энергозатраты на 50—70%, а бюджетная сфера – сберечь ежегодно 3—5 млрд. долларов. Однако достижение экономии в 45% потребует инвестировать около 320 млрд. долларов.
«Кризис — это не повод, что бы отказываться от инвестиций в энергоэффективность, напротив, он подталкивает к этому, — считает эксперт по вопросам политики в области энергоэффективности Международной финансовой корпорации Сергей Солодовников. — Но нужно смотреть в каждой отдельной ситуации, какие меры выгодно реализовать сейчас, а какие — позже, при более благоприятных внешних условиях». По словам специалиста, технический потенциал к снижению энергопотребления в России действительно составляет более 40%, но финансовый — несколько ниже. «Финансовый потенциал — это то, что вам экономически целесообразно реализовывать. Понятно, что гибридный «Лексус» — более эффективный автомобиль, чем другие, но далеко не для каждого человека экономически целесообразно менять свое авто на гибридный «Лексус», пояснил он.
Готовящийся законопроект предусматривает два основных метода борьбы за энергосбережение — кнут и пряник. С одной стороны, власти обещают субсидировать процентные ставки по кредитам на покупку энергоэффективного оборудования, ускоренную амортизацию такого оборудования, а также инвестиции в программы по энергосбережению. С другой — законопроект предусматривает возможность запрета оборота товаров, не отвечающих требованиям энергоэффективности. В частности, с 2011 года решительное вето будет наложено на лампы накаливания мощностью более 100 Вт. По заверениям правительства, закон будет принят уже в сентябре.
Высокая энергоемкость российского ВВП — это не «цена холода», а наследство плановой экономики, от которого за 17 лет так и не удалось избавиться. В последние годы мы демонстрировали неплохие темпы снижения энергозатратности, опережая западные страны. По оценке Центра по эффективному использованию энергии, энергоемкость российского ВВП в 2008 году снизилась на 4,5%, но главным фактором снижения были структурные сдвиги, а не внедрение новых технологий, за счет которых энергоемкость уменьшалась лишь на 1% в год. В кризисные годы (2009—2010) эта динамика может оказаться еще хуже. Энергосбережение в перспективе сулит российской экономике немалые выгоды. По данным Всемирного банка, страна может сэкономить до 45% потребления энергии, что сопоставимо с объемами, потребляемыми такими странами, как Франция и Великобритания. Кроме того, за счет энергосберегающих технологий отечественные предприятия мо гут снизить удельные энергозатраты на 50—70%, а бюджетная сфера – сберечь ежегодно 3—5 млрд. долларов. Однако достижение экономии в 45% потребует инвестировать около 320 млрд. долларов.
«Кризис — это не повод, что бы отказываться от инвестиций в энергоэффективность, напротив, он подталкивает к этому, — считает эксперт по вопросам политики в области энергоэффективности Международной финансовой корпорации Сергей Солодовников. — Но нужно смотреть в каждой отдельной ситуации, какие меры выгодно реализовать сейчас, а какие — позже, при более благоприятных внешних условиях». По словам специалиста, технический потенциал к снижению энергопотребления в России действительно составляет более 40%, но финансовый — несколько ниже. «Финансовый потенциал — это то, что вам экономически целесообразно реализовывать. Понятно, что гибридный «Лексус» — более эффективный автомобиль, чем другие, но далеко не для каждого человека экономически целесообразно менять свое авто на гибридный «Лексус», пояснил он.
Геннадий РЯВКИН
