Перевод муниципальных учреждений в автономные сулит если не чрезмерное богатство, то хотя бы относительный материальный достаток. Однако в переходе в новый статус явно замечена пассивность.
Рожденный еще в ноябре 2006 года Федеральный закон «Об автономных учреждениях», казалось бы, должен был заинтересовать прежде всего учреждения социальной сферы — образования, культуры, спорта. Именно они долголетиями испытывают хронический недостаток финансов. Жизнь в них поддерживают бюджетные деньги, но на бурное развитие их не хватает. Статус автономного учреждения (АУ) позволяет содержать здания в нормальном состоянии, обновлять оборудование, улучшать качество услуг, повышать зарплату сотрудникам.
В Великом Новгороде появилось первое образовательное АУ — «Специализированная детско-юношеская спортивная школа олимпийского резерва «Манеж». В Старой Руссе — муниципальное автономное учреждение культуры — Дом культуры имени Тимура Фрунзе. Увы, примеров немного.
Руководство администрации области потребовало от профильных комитетов ускорить организационную работу. Однако перейти в статус АУ одного желания оказалось мало.
Теоретически все объяснимо. Автономия стимулирует не только расширение объема образовательных, культурных, спортивных и прочих услуг, но и повышение их качества, уровня заработной платы персонала, улучшение материально-технической базы учреждений. Но — ряд социальных учреждений вообще не имеют своих помещений. Другие имеют, но требуют ремонта. Попробуй в таких условиях заработать деньги, которые, скорее, пойдут не на зарплату, а на срочный косметический или капитальный ремонт или за аренду. Словом, учреждения находятся в разных материально-весовых категориях.
Еще одно немаловажное обстоятельство, непосредственно влияющее на решение руководства муниципального учреждения переходить в разряд автономного, — это покупательная способность населения. Низкая зарплата потенциальных потребителей дополнительных услуг в районах сдерживает рост объемов платных услуг.
— Министерство культуры рекомендует нам, чтобы платные услуги составляли порядка 50 процентов от общего объема оказываемых услуг конкретного клубного учреждения, но у нас в области этот объем гораздо ниже, в пределах 10—15 процентов, — констатирует факт заместитель председателя комитета культуры, туризма и архивного дела Новгородской области Борис Зорин. — Это, конечно, затрудняет работу, но не делает невозможным и нереальным создание автономного учреждения. И мы надеемся, что ряд успешных учреждений обязательно перейдут в статус автономных.
Такой же взгляд и у председателя комитета по физической культуре и спорту области Николая Грачева:
— Я только что вернулся со встречи с министром спорта РФ Виталием Мутко. В министерстве настороженно отнеслись к нашему движению в автономию. Там опасаются, что при переходе в статус автономного персонал учреждения увлечется зарабатыванием денег в ущерб спортивной работе. Такие опасения, скажу честно, есть и у нас, поскольку зарплаты в нашей сфере очень маленькие. Но я уверен в том, что спортивная составляющая в автономных учреждениях не пострадает.
Получается, в АУ надо переходить тем учреждениям, где сегодня есть условия: нормальная техническая база, высококвалифицированные кадры наставников. А возьмите ту же школу гребли, куда надо вкладывать миллионы рублей, чтобы привести в порядок. И только после этого думать об изменении ее статуса.
В Великом Новгороде появилось первое образовательное АУ — «Специализированная детско-юношеская спортивная школа олимпийского резерва «Манеж». В Старой Руссе — муниципальное автономное учреждение культуры — Дом культуры имени Тимура Фрунзе. Увы, примеров немного.
Руководство администрации области потребовало от профильных комитетов ускорить организационную работу. Однако перейти в статус АУ одного желания оказалось мало.
Теоретически все объяснимо. Автономия стимулирует не только расширение объема образовательных, культурных, спортивных и прочих услуг, но и повышение их качества, уровня заработной платы персонала, улучшение материально-технической базы учреждений. Но — ряд социальных учреждений вообще не имеют своих помещений. Другие имеют, но требуют ремонта. Попробуй в таких условиях заработать деньги, которые, скорее, пойдут не на зарплату, а на срочный косметический или капитальный ремонт или за аренду. Словом, учреждения находятся в разных материально-весовых категориях.
Еще одно немаловажное обстоятельство, непосредственно влияющее на решение руководства муниципального учреждения переходить в разряд автономного, — это покупательная способность населения. Низкая зарплата потенциальных потребителей дополнительных услуг в районах сдерживает рост объемов платных услуг.
— Министерство культуры рекомендует нам, чтобы платные услуги составляли порядка 50 процентов от общего объема оказываемых услуг конкретного клубного учреждения, но у нас в области этот объем гораздо ниже, в пределах 10—15 процентов, — констатирует факт заместитель председателя комитета культуры, туризма и архивного дела Новгородской области Борис Зорин. — Это, конечно, затрудняет работу, но не делает невозможным и нереальным создание автономного учреждения. И мы надеемся, что ряд успешных учреждений обязательно перейдут в статус автономных.
Такой же взгляд и у председателя комитета по физической культуре и спорту области Николая Грачева:
— Я только что вернулся со встречи с министром спорта РФ Виталием Мутко. В министерстве настороженно отнеслись к нашему движению в автономию. Там опасаются, что при переходе в статус автономного персонал учреждения увлечется зарабатыванием денег в ущерб спортивной работе. Такие опасения, скажу честно, есть и у нас, поскольку зарплаты в нашей сфере очень маленькие. Но я уверен в том, что спортивная составляющая в автономных учреждениях не пострадает.
Получается, в АУ надо переходить тем учреждениям, где сегодня есть условия: нормальная техническая база, высококвалифицированные кадры наставников. А возьмите ту же школу гребли, куда надо вкладывать миллионы рублей, чтобы привести в порядок. И только после этого думать об изменении ее статуса.
Евгений МАЛЬКОВ
