Один год восемь месяцев и ещё с половинку — столько осталось до 100-летия Дмитрия Балашова. Не так и мало. Но и немного — когда речь идёт о такой непростой задаче, как создание музея в честь писателя. Тем более что продвигается она пока преимущественно в эпистолярном жанре.
Чётко, откровенно и сразу на высоком уровне, обратившись к губернатору Новгородской области Александру Дронову, вопрос поднял член Союза писателей России Олег Бавыкин. В недавнем прошлом — многолетний председатель Иностранной комиссии СПР. Он является почётным гражданином Валдая. В общем, человек авторитетный.
Олег Митрофанович ставит в пример Новгороду Вологду с её музеем писателя Василия Белова:
— Там была выкуплена квартира, в которой жил Василий Иванович, и сформирована великолепная экспозиция. Литературный музей Белова входит в Кирилло-Белозерский музей-заповедник.
Ещё один прекрасный пример, причём недавний (2024 года), — музей живого классика русской литературы Владимира Личутина на его родине в Мезени. При том что Мезень, хоть и неофициальная поморская столица, это менее трёх тысяч населения.
— Чем Дмитрий Михайлович хуже? — спрашивает Олег Бавыкин.
Вопрос риторический.
Балашов не принадлежит одному городу. Родился в Ленинграде, немало лет прожил в Карелии. Исходил весь Русский Север с фольклорными экспедициями. В Новгороде он поселился в 1983 году. Уже были написаны, и довольно давно, его «Господин Великий Новгород» и «Марфа-посадница». Он приехал в город на Волхове известным писателем, но… бездомным. Его дом в Карелии сгорел. И он надеялся найти в Новгороде пристанище. Нашёл роль: шли съёмки фильма «Господин Великий Новгород», и режиссёр предложил ему сыграть художника-реставратора, который гибнет, защищая сокровища новгородской культуры. Это был не только его сюжет, но и типаж — Балашов и по-настоящему был готов жизнь положить за русские памятники. На съёмочной площадке побывал председатель горисполкома. Дали Дмитрию Михайловичу квартиру в старом доме по улице Никольской.
Впоследствии он построит себе дом в деревне Козынево при Ильмене, где в 2000 году и оборвётся его земной путь.
Новгородский период Балашова — это книги «Ветер времени» (1987), «Отречение» (1989), «Похвала Сергию» (1992), «Святая Русь» (1991–1997), «Воля и власть» (1999), незавершённый роман «Юрий». Это рассказы, очерки, статьи. Это общественные инициативы, участие в организации в Новгороде Праздника славянской письменности и культуры (1988), почётное гражданство (1997). Это сапоги, косоворотка навыпуск. Кто не знал его, мог принять за ряженого. Кто узнавал, понимал, что он такой и есть — русский насквозь.
Заслужил ли он по себе память в Великом Новгороде? Как-то даже неприлично спрашивать об этом.
Памятник Балашову был открыт в 2017 году. В новом сквере с сиренью. На пересечении улиц Андреевской и Фёдоровского ручья, близ трёх храмов — Феодора Стратилата, Димитрия Солунского и Никиты Мученика. Красивое место.
Так вот от идеи, высказанной публично, и до её воплощения дистанция была в семь лет. Начиналось как народный проект — был сбор средств. Собрали крохи от необходимого. Логичным стал отказ от крупных форм — можно же поставить и бюст. Но это тоже стоило немалых денег.
Подключился меценат Николай Сумароков, помог предприниматель Михаил Караулов, нашлись другие жертвователи. Власти благоустроили территорию. Новгородский скульптор Сергей Гаев сделал бюст.
Как будет с музеем? Понятно, что лучше было пораньше начать.
— Начинали, — говорит Ольга СИНИЦЫНА (БАЛАШОВА). — И даже раньше, чем с памятником. Министерство культуры России было за. При условии, что свою лепту внесёт регион. Прорабатывался вопрос о музее в квартире, которую надо было выкупить, но этого так и не случилось.
Олег Бавыкин получил ответ за подписью министра культуры Юлии Тимофеевой. Юлия Александровна предложила «на первом этапе рассмотреть возможность создания экспозиции, посвящённой жизни и творческому наследию Д.М. Балашова, на базе городской библиотеки». Как алгоритм названо возможное привлечение грантовых средств в рамках областного конкурса «Новгородика» и конкурса Президентского фонда культурных инициатив.
Олег Митрофанович пришёл к простому выводу, что «денег нет». Может, это правильный смысловой перевод. Но ведь и экспозиции как таковой нет. Есть рассуждения о двух конкретных точках на местности, где можно было бы разместить музей. Поскольку это близко и к памятнику, и к дому, в котором жил писатель. И мог бы замечательным образом сложиться этакий балашовский кластер. Кстати, эти конкретные точки надо освобождать и ремонтировать. Всё, как уже было в нулевые. И отметка почти нулевая.
Правда, есть консенсус — и Бавыкин, и Синицына (Балашова), и руководство регионального СПР видят будущий музей как посвящённый Балашову и, можно сказать, освящённый его именем, однако представляющий публике и других наших авторов. Так легче собрать экспозицию. Да и у областной писательской организации в балашовском году тоже, вообще-то, юбилей — 60 лет.
Председатель правления регионального СПР Сергей Симоненко, видимо, взял за основу предложение министра культуры. Сергей Ильич считает необходимым постепенно формировать экспозицию с размещением её в библиотеке (в ожидании полноценного музея). Кроме того, он интересуется конкурсами на получение грантов — как это работает. Правда, в этом году вряд ли уже что-нибудь получит, ведь сроки подачи заявок в тот же Президентский фонд культурных инициатив в 2026 году истекли.
Так что, наверное, права Ольга Синицына (Балашова), когда говорит, что было бы очень хорошо, если к 7 ноября 2027 года, то есть к 100-летию Дмитрия Михайловича Балашова, удалось бы запустить сам процесс музеефикации.
Однако по большому счёту всё ещё нет ответа на простой такой вопрос: кто этим будет заниматься? Не экспозицией в библиотеке (это уже было, в конце концов, и где она?), а полноценным музеем. Ведь если писатели будут лишь апеллировать к власти, а власть писать им ответы, ничего из этого не выйдет. Рабочую группу, что ли, образовать, разработать, как это у нас принято, дорожную карту? Книжки-то Балашов писал для всех…
Теги: Дмитрий Балашов, писатель, Великий Новгород
