В традиционной субботней исторической рубрике «Новгородика» своего телеграм-канала губернатор Андрей Никитин рассказал о русском полководце Михаиле Илларионовиче Голенищеве-Кутузове.
Противоречивый, не такой как кажется, все его знают, но представляет каждый по-своему, для одних он полководческий гений, для других – царедворец-карьерист. Всё это говорят историки о светлейшем князе Михаиле Илларионовиче Голенищеве-Кутузове.
Кутузовы – одна из древнейших дворянских фамилий. Считается, что их предок прибыл из Пруссии в Новгородское княжество в первой половине XIII века и воевал в дружине князя Александра Невского. Отец Кутузова был военным инженером и видел сына на этом же поприще. Михаил поступил в Артиллерийскую и инженерную дворянскую школу, учился отлично и закончил учебное заведение экстерном.
Первый настоящий боевой опыт будущий фельдмаршал получил во время русско-турецкой войны, в ее завершение под Алуштой получил тяжелое ранение височной части головы, но остался жив. Через 14 лет при осаде Очакова в 1778 г. в него снова попала турецкая пуля, причем она практически полностью повторила путь предыдущей. «Надобно думать, что Провидение сохраняет этого человека для чего-нибудь необыкновенного, потому что он исцелился от двух ран, из коих каждая смертельна» - написал военный хирург.
Несмотря на тяжелые ранения глаз Михаила Илларионовича продолжал видеть, а потому повязку он никогда не носил. На всех прижизненных портретах он изображен без нее и на памятнике «Тысячелетие России» так же. Впервые повязка появилась в фильме «Кутузов» режиссера Владимира Петрова, вышедшего на экраны в 1943 году. «Пиратский образ» был создан для того, чтобы подчеркнуть несломленный дух отечественного воина, затем его стали копировать и в других известных киноработах.
Кутузов добивался побед не только на военном, но и на дипломатическом поприще. Во время дипломатической миссии в Стамбул в 1793 году он даже проник в гарем к турецкому султану, чтобы через трех приближенных к правителю женщин повлиять на решение по открытию проливов Босфор и Дарданеллы для русского флота. Опасная авантюра удалась. Позже Михаил Илларионович сказал: «Дипломатическая карьера сколь ни плутовата, но, ей богу, не так мудрена, как военная».
