Новый творческий сезон театр «Кафтан» открыл премьерой спектакля «Алые паруса» на площадке Новгородского музея-заповедника. В основу постановки легла культовая повесть Александра Грина и воспоминания его супруги Нины Грин об отношениях со знаменитым писателем.
Автор инсценировки Анна-Виктория ВЕНЕВИТИНОВА рассказала «НВ», почему обратилась к этой теме и зачем показывает зрителям обратную сторону жизни.
— Казалось бы, про «Алые паруса» всё сказано?
— Но я глубоко убеждена: прежде чем что-то ставить, нужно основательно изучить материал, за который берёшься. Я открыла автобиографию Александра Степановича Грина, прочитала воспоминания его супруги Нины, их знакомых. И меня очень тронула эта история. Я задалась вопросом: каким образом в девушке, работающей в Боткинских бараках, Грин увидел прекрасную Ассоль? Каким образом она разглядела в мужчине, о котором что только ни говорили, которого все боялись, прекрасного капитана Грея? Говорили даже, что единственной женщиной в жизни Грина, которая и поняла, и приняла, и полюбила его, была Нина Грин. А ещё меня удивило, насколько необычной была эта пара, как она выбивалась из своего времени.
— В каком плане?
— Нину в Грине привлёк некий церемониал, если так можно сказать, то, в каких традициях он с ней общался. Он же не раз вспоминал её длинную юбку. Причём эта юбка даже перекочевала в его творчество. Она появляется в рассказе «Крысолов». И сцена, описанная там, была взята из реальной жизни. То есть была ситуация, когда Александр Степанович стоял на холодном рынке, долго и безуспешно пытался продать некоторые незамысловатые предметы их быта. И было очень темно, холодно. А Нина, оставшаяся дома, очень испугалась за него, пришла на рынок в длинной юбке и увела с собой. Сюжет перебрался и в наш спектакль. В общем, меня настолько поразили необыкновенные отношения в этой паре, в которых сочетались и романтизм, и трагедия, и бесконечная любовь, и трудности, и падения, и взлёты. И то, как их история продолжила жить. Это редко бывает, когда история двух людей, любящих друг друга, продолжает жить после их смерти. А ведь «Алые паруса» стали не просто сказкой, они стали символом. И этот удивительный материал мне захотелось рассмотреть с другой точки зрения: а как всё это было ещё и на самом деле?
— «Алые паруса» — символ романтики. Но в вашей постановке мы видим Грина на дне, в тяжкие минуты жизни. Не боитесь обвинений в развенчании сказки?
— Я считаю, что любовь — это такое уникальное чувство, которое проверяется не только грациозным ходом к берегу Каперны трёхмачтового галиота «Секрет», это более глубокая история. И мне кажется, что Нина — настоящая Ассоль не потому, что она была очаровательной юной девушкой. Она была девушкой-стеной, на которую гениальный писатель всегда мог опереться. И в нашем спектакле не было задачи показать Александра Степановича опустившимся человеком. Мы показывали мужчину, который боролся со своим непопаданием в окружающее время.
— То есть за развенчание сказки вам не страшно?
— Учитывая, что в начале спектакля у нас звучат подлинные, действительные слова Нины Грин, недовольной любимой всеми зрителями и каноничной экранизацией Александра Птушко…
— Ей не понравилось?
— Ей не понравилось. И она сама говорила, что фильм не раскрыл характеры персонажей. Но мы привыкли, говоря «Алые паруса», представлять Анастасию Вертинскую и Василия Ланового. Пусть будет так. И вместе с тем пусть будет и другой взгляд на эту историю. Для меня очень важна тема разнообразия отношений между мужчиной и женщиной. Часто принято идеализировать семейные отношения. И мне кажется, что театр — это то прекрасное место, где показывается настоящая жизнь. В отличие, например, от рекламы, которая демонстрирует глянцевую картинку. Наш спектакль, возможно, заставит некоторых иначе взглянуть на их жизнь. Мы не показываем пару людей, которые бесконечно любили друг друга, поддерживали и шли друг с другом рука об руку, как некий идеал. Нет, это были живые люди. Обыкновенные люди с необыкновенной историей. Меня сильно зацепила эта история, когда женщина, пережив мужа, пройдя через лишения и лагеря, добилась того, чтобы организовать музей, посвящённый его творчеству. Она добилась того, что её мужа стали печатать. Потрясающая женщина!
— Получается, вы сделали продолжение сказки. Мы ведь совершенно ничего не знаем ни об Ассоль, ни о Грее после их отплытия из Каперны.
— Мы даём зрителю возможность представить, что было на том берегу. Ассоль оказалась как раз не зря выбранной, той, на кого можно полностью положиться. Нина-Ассоль в действительной жизни оказалась совершенно необыкновенной, очень сильной, бесконечно любящей, в своём роде гениальной женщиной. Спектакль рассказывает и об этом.
— В вашем творческом тандеме вы периодически меняетесь ролями: режиссёром становится то Георгий, то вы. Нынче у штурвала вы. Есть установленная очерёдность?
— В «Алых парусах», при том что это моя инсценировка, моя постановка, каждая сцена прорабатывалась совместно. Не было такого, что я приходила и говорила: «Мы делаем так и вот так». Скорее это были ночные посиделки, когда мы экспериментировали, придумывали, соревновались в идеях, в пробах, смотрели друг на друга, делали совместно реквизит. И вы знаете, мне кажется, это самая интересная сторона нашего брака.
— А как же шутка про поклейку обоев, способную развести молодую пару?
— Мы как раз таки очень счастливы, потому что нашли друг друга. И я не представляю себе другого прекрасного капитана Грея, который бы не плавал где-нибудь по морям, а сидел со мной на кухне и спорил о том, как делать ту или иную сцену. В итоге мы придумываем что-то совместное, точно подходящее, где правы оба, где оба довольны и где оба чувствуют удовлетворение. Мне кажется, в этом мы даже немножечко близки к истории, которая представлена в спектакле.
— Союз театральных деятелей России поддержал вашу постановку стипендией…
— За что им большое спасибо. Это отличная возможность для молодых амбициозных специалистов. Сложно работать совсем без поддержки. Сложно, когда ты всё делаешь один. А вот такая помощь для молодых творческих людей — это просто потрясающе.
Кстати, это уже второй грант, который выигрывает наш «Кафтан». И мы, надеюсь, не будем на этом останавливаться. Я считаю, что если государство выделяет ресурсы на то, чтобы молодые люди реализовывали свой потенциал, то значит, нашей стране это действительно нужно.
— Перефразируя Маяковского?
— Именно так. Значит, что это действительно кому-нибудь нужно.
— На финальном поклоне вы анонсировали лермонтовский «Маскарад». А где ещё зритель сможет увидеть «Алые паруса»?
— Мы всегда ищем площадки для сотрудничества, хотя музейная, пожалуй, наша самая любимая. На ней мы даём премьеру. И вы знаете, мне кажется, что зал музея удивительным образом очень сочетается с нашими постановками. Ещё одна наша любимая площадка — тоже на территории Новгородского музея-заповедника, но в Старой Руссе. Нам хочется отвезти «Алые паруса» и туда. И это можно сделать. Все наши спектакли очень мобильны, поэтому мы с удовольствием принимаем приглашения.
Теги: театр, Кафтан, Великий Новгород
