Мне хочется верить!

Да разве же им мало?! Вы гляньте, на каких машинах катаются наши священники — ни учителя, ни врачи себе такие автомобили позволить не могут! А наши церкви, монастыри какие? В Иверском монастыре в Валдае кроме стандартных свечек, икон и крестиков продают еще и сувениры — кружки, розовые фигурки ангелов, под потолком там развешены зонтики с изображением Валдая. Разве церковь — это место для ярмарки?
Я пенсионерка, себя верующей или неверующей назвать не могу, но порой завидую тем, кто искренне верит в Бога: им легче. Я вот склонна думать, что Иисус Христос был первым коммунистом, хотя и не так воспитывали людей моего поколения, но речь не о нас. Посмотрите, ведь сейчас много неверующих людей и среди молодежи, которую никто не заставлял заучивать «Поп толоконный лоб». Свой-то лоб они перекрестят, и в церкви Богу свечку поставят, и венчаться пойдут, а потом разводятся через год, выйдут из церкви — и за банку с пивом. Мы себе такого никогда бы не позволили!
Вот такой стала наша молодежь! Потому что она никому не нужна: ни государству, ни даже церкви, какие бы красивые слова ни говорились с экрана.
Помнится, не так давно выдвигались предложения передать все иконы из музеев в церкви. Не знаю, что там наша власть решила, но если это действительно произойдет, то мне понятно, чем это кончится: часть ценнейших икон будет украдена и продана, за другой частью церковнослужители не смогут обеспечить достойный уход. Они ведь не музейщики, и только малая часть всех этих шедевров дойдет до истинных верующих.
У меня соседи — семья из Дагестана, хорошие, спокойные люди, правоверные мусульмане. В их вере — их сила. А у нас силы почти не осталось. Никакой.