Символично, что этот мемориал открылся в преддверии очередной годовщины Нюрнбергского процесса — суда над нацистскими преступниками. 20 ноября исполнится 81 год со дня начала главного трибунала в истории человечества.
Их 556 — обычных наших деревень. С обращёнными в пепел домами и людьми. Только в Батецком районе 52 такие деревни. У Жестяной Горки иная судьба. Не смертельного ужаса одного дня с нагрянувшими карателями, беспощадными ко всем, включая стариков и детей. Это место, где страхом и болью был пропитан каждый день оккупации в 1942–1943 годах. Где фашистские нелюди занимались своим мерзким делом на постоянной основе, оставив после себя длинные расстрельные ямы. Здесь и в соседней деревне Чёрная, также Батецкого района. В акте раскопок и осмотра ям-могил, проведённых в 1947 году (опять же в ноябре), была зафиксирована насильственная смерть 3700 человек.
В 2019 году поисковики экспедиции «Долина» обнаружили новые расстрельные рвы, в которых находились останки около 500 человек.
В 2020 году Солецкий районный суд признал актом геноцида массовые убийства в Жестяной Горке, придя к выводу, что эти преступления были «частью плана Германии отделаться от всего мирного населения Советского Союза путём изгнания для того, чтобы колонизировать освободившуюся территорию».
В том же 2020 году в Жестяной Горке в рамках федерального проекта «Без срока давности» был открыт мемориальный комплекс, посвящённый памяти мирных жителей, погибших в годы Великой Отечественной войны. Скульптурная группа «Скорбящая мать» — девятиметровый деревянный поклонный крест и бронзовая скульптура матери с ребёнком на руках — первый такой памятник не только на Новгородчине, но и вообще в России.
Новая экспозиция, также созданная в рамках проекта «Без срока давности» и увековечивающая память сожжённых деревень, представляет собою стилизованную инсталляцию в виде силуэтов деревенских изб. В центре установлен стенд «Набат», состоящий из семи металлических геометрических плоскостей. По периметру выставки размещены четыре информационных стенда со списками уничтоженных населённых пунктов.
Это строго исторический материал, основой для которого послужил сборник серии «Без срока давности. Преступления нацистов и их пособников против мирного населения в период Второй мировой войны: документы и материалы». Каждая судебная цитата, каждое слово очевидца.
Перед нами протокол допроса жительницы деревни Гущиха Волотовского района Варвары Михайловой об убийстве карателями мирных граждан в деревне Веретьё Реченского сельсовета 20 февраля 1944 года.
По её словам, 20 февраля 1944 года в 11 часов в деревне появился немецкий карательный отряд. Каратели, прибыв с поезда от разъезда Мяково, сразу же окружили деревню и начали бросать гранаты в окна и обстреливать жителей, находившихся в домах.
Свидетельницу спасло то, что она находилась в землянке: «Мне осколком гранаты в нескольких местах пробит плат головной и платье». «Остальных жителей, — продолжала Варвара Степановна, — согнали в дома Белякова Макара Михайловича, Михайлова Егора Михайловича в количестве 40 человек, закрыли и сожгли…»
Согласно протоколу, каратели сожгли 19 жилых домов, сосчитаны хлева, дворы, сараи, амбары, бани… И люди: 39 имён и фамилий. Только самая маленькая жительница деревни осталась без имени — в протоколе она названа «№ 26». Ей было всего три дня…
Невольно обращает на себя внимание дата допроса: 1 марта 1944 года. То есть уже через неделю после освобождения Волотовского района оперуполномоченный РО НКГБ Крутиков собирал материал о преступлениях оккупантов. А деревня Веретьё не дожила до свободы два дня. Только два дня! Какой же нечеловеческой злобой должен был быть пропитан отступавший враг, чтобы вершить напоследок свои чёрные дела. Ведь это даже не тактика «умиротворения» (нацистский термин) — политика террора, подавления воли к сопротивлению, жесточайшего запугивания — что как-то объяснимо стремлением обезопасить прохождение и нахождение оккупационных войск. Это другое, совсем другое. Скажите, Данте, вы уверены, что девяти кругов ада было достаточно?
Январь 1942-го, Пола, уничтожение дома инвалидов при отступлении. Кто не сгорел при пожаре, замёрз от 30-градусного мороза. Погибли 100 инвалидов и 150 местных жителей с детьми.
Февраль того же года, деревня Сенная Кересть Чудовского района, массовое убийство эвакуированных. С приближением частей Красной армии «немцы выкатили пушки и повели обстрел прямой наводкой по сараям и баням, в которых были женщины, дети и мужчины». После обстрела постройки подожгли. Погибли более двухсот человек.
Их десятки, таких примеров, сотни.
— Причём по мере продвижения фронта чёрная полоса выжженной земли смещалась на запад, — говорит научный консультант проекта старший научный сотрудник СПбИИ РАН Дмитрий АСТАШКИН. — На Новгородском процессе, проходившем в 1947 году, расследовались схожие преступления оккупантов, совершавшиеся и в Новгородской, и в Псковской, и в Витебской областях, — поджоги и убийства.
Памятником всем убитым деревням навсегда останется фильм Элема Климова «Иди и смотри». Возможно, самый страшный фильм о войне. Основанный на трагедии белорусской Хатыни, но не только. Хатынский мемориал существует давно, с 1969 года. Годом ранее на Псковщине увековечили память мирных жителей в деревне Красуха. В начале 1970-х появился памятник в деревне Большое Заречье Ленинградской области. Мы пришли к тому же, только значительно позже. В контексте сегодняшнего времени Жестяная Горка — пересечение запроса общественного и властного. Заметим, что проект был начат в бытность главой региона Андрея Никитина и продолжен при действующем губернаторе Александре Дронове.
Впрочем, ведущий научный сотрудник СПбИИ РАН Борис КОВАЛЁВ (Борис Николаевич одним из первых поднял тему Жестяной Горки ещё 30 лет назад) не считает вопрос закрытым, то есть перешедшим в область памяти:
— Ещё не всё прояснено. Не все материалы найдены, не все фамилии установлены. В данном случае я имею в виду убийц. Будут новые подробности, детали, лица. У меня такая уверенность научная. Точно так же я уверен, что, несмотря ни на какую политическую конъюнктуру, потомки палачей тоже будут это знать. Хотя самое главное, конечно, — чтобы знали и помнили мы сами.
Да, именно нам, ныне живущим, в большинстве своём никогда не видевшим врага на своей земле, дано почувствовать всю правду трагедии, пережитой предшественниками. Имеющие совесть да не отвернутся. Она не жестяная, эта горка, она поклонная.
Александр ДРОНОВ, губернатор Новгородской области:
— Мемориальная экспозиция «Сожжённые деревни Новгородской земли» — о людях, чьи жизни оборвались слишком рано. О боли, которую нельзя забывать. Для меня важно, чтобы память о погибших сохранялась не только в документах и музейных залах. Мы должны знать, что произошло в нашем регионе, нашей стране, и передавать эту память следующим поколениям.
Выставка под открытым небом, посвящённая сожжённым деревням, отражает системность преступлений — уничтожение целых деревень и, по сути, самого традиционного уклада жизни. Это превращает мемориал из памятника одной трагедии в масштабный исторический центр, напоминающий о цене мирной жизни.
Исторический контент выставки подготовлен при поддержке Российского военно-исторического общества. Идею мемориала воплотил коллектив специалистов Музея художественной культуры Новгородской земли.
Реализация проекта стала возможной благодаря объединению федеральных и региональных ресурсов. Выставочное оборудование приобретено в рамках национального проекта «Культура». Благоустройство территории и монтаж конструкций выполнены за счёт средств областного бюджета.
Теги: Жестяная Горка, Батецкий, экспозиция
