Соблазн начать отзыв на роман Селесты Инг «Всё, чего я не сказала» ровно с той же фразы, которой начинается сама книга, — слишком велик. Не будем отказывать себе в этом. Итак, Лидия мертва. Живой на страницах романа одна из главных его героинь Лидия появляется лишь в воспоминаниях своей семьи.
Ранним утром 3 мая 1977 года никто из семьи не знает ничего, кроме безобиднейшего факта: Лидия опаздывает к завтраку. Это несколько омрачает идиллическую картинку в образцовой американской семье. Её глава — Джеймс Ли — профессор-историк китайского происхождения, Мэрилин — жена Джеймса, домохозяйка, отложившая идею о собственной карьере медика ради воспитания детей. Старший из которых — Нэт — на днях поступил в Гарвард, средняя и самая любимая всеми 16-летняя Лидия должна с успехом окончить колледж, скромная десятилетняя Ханна настолько тиха и мила, что и рассказать о ней почти нечего.
Крепкий семейный фасад возведён. Но если из первой же фразы мы узнаем, что Лидия мертва, более того, лежит на дне озера, более того — это, возможно, самоубийство, значит, что-то за этим фасадом должно скрываться.
Так и есть. Скрывается много. Настолько много, что большая часть романа отдана разнообразным объемистым ретроспективам, посвящающим нас во все узловые точки семейной истории. А они на удивление болезненны, даже спустя годы.
Настолько много, что, переворачивая страницу за страницей, читатель может задаться справедливым вопросом: каким образом парадный фасад сумел выдержать такой объём и вес семейных скелетов в недрах здания?
По ходу чтения мы узнаём, что все пятеро несчастливы. Хотя осознают это по-разному и погружаются в своё несчастье с разной скоростью, на разную глубину. Для кого-то собственная неприкаянность — норма, а кто-то ещё пытается бороться.
Причина такого положения дел, по замыслу Инг, в том, что прочную ячейку общества изначально создали двое травмированных взрослых, которые в свою очередь невольно, но от этого не менее изощренно «отыгрываются» на собственных детях — ежедневно вгоняя их в собственный нереализованный шаблон.
В финале книги картина получается, пожалуй, даже слишком разрушительной. Для реальной семьи, естественно. Для той, что создана в воображении писателя, – почему бы и нет… Но шаги, предпринятые Селестой Инг для возведения на семейных руинах нового здания, кажутся малоубедительными и противоречащими всему ходу романа.
При этом книгу вполне можно рекомендовать как старшему, так и младшему поколениям, живущим в одной семье. Домашним справочникои «Как не сделать больно и услышать ближнего своего» она может быть и не станет, но пищу для стартовых размышлений даст, совершенно точно.
Теги: литература, Селеста Инг
