{thumbimage 150px 1}О традициях меценатства в наше время говорят редко, в отличие от спонсорства. А между тем бескорыстная поддержка высокого искусства остается такой же актуальной, как и в начальный ее период, во времена эпохи Возрождения. О том, насколько велика потребность у состоятельных людей помогать сохранять предметы национальной гордости, журналист «НВ» беседует с Олегом ТКАЧУКОМ, главой новгородского ювелирного дома «Аквамарин».
— Олег Александрович, вашими стараниями недавно пополнилась будущая экспозиция новгородского фарфора государственного музея художественной культуры Новгородской земли. У вас какое-то особое отношение к предметам старины из фарфора?
— Я по роду деятельности имею непосредственное отношение к предметам искусства. Люблю красоту, рукотворную или природную. У меня художественное образование, и я могу оценить, будет к каким-то вещам у людей интерес или нет. Что касается проекта выставки старинного фарфора, мне это показалось стоящим делом. Белый фарфор кажется мне более выразительным, хотя у кобальтовой посуды, несомненно, есть свое очарование. Изделия фабрики знаменитого новгородского предпринимателя Ивана Кузнецова произвели на меня сильное впечатление.
— Как сложилось сотрудничество с музеем Новгородской земли?
— Идея родилась не у нас. Проект показа новгородского фарфора разработан самим музеем. Об этом много говорили в СМИ (экспозиция, которая откроется в марте 2011 года, покажет историческое прошлое — кузнецовский фарфор — и продукцию с кобальтовым покрытием, ставшую в советский период визитной карточкой Новгородчины; плюс имитация производственного процесса — Ю.Г.). Мы давно знакомы с директором музея Юлией Коломыцевой, именно она предложила нам оказать финансовую помощь для покупки коллекции посуды, изготовленной на фабрике Кузнецова. Предметы были приобретены у ныне ушедшего из жизни известного новгородского коллекционера Александра Соловьева.
— Какова величина и стоимость приобретенной коллекции кузнецовского фарфора?
— Это более 40 предметов, в основном датированных от 1827 до 1913 года. Фруктовница, молочники, чашки с блюдцами, предметы чайного сервиза, соусники, частично столовый сервиз под названием «Монумент князя Воронцова», тарелка «Выборгский полк 1700–1900» и другие. О стоимости скажу примерно: несколько десятков тысяч рублей. Досталась она нам недешево, по той цене, по которой выставлялась на интернет-аукционе. Конечно, главное слово при покупке было за работниками музея, они отбирали предметы по клеймам, по периодизации… Нам просто повезло, что мы сумели приобрести довольно полную коллекцию. Такое бывает, мне кажется, раз в жизни.
— Вы часто предлагаете свою помощь в создании коллекций музеям?
— Скажем так, к нам часто обращаются. Понятно, что всем помочь не можем, но пытаемся выбрать то, что, на наш взгляд, является интересным, полезным и нужным. В данном случае хотелось, чтобы то, что мы покупаем, мне нравилось, представляло ценность. А вообще, для меня это первый опыт сотрудничества с музеем и очень волнующий процесс. Но я получил удовольствие в том числе и от мысли о том, что в какой-то степени нам удалось спасти коллекцию для других поколений новгородцев. Знаете, память, история — тоже вещь хрупкая, как фарфор.
— По вашим ощущениям, в новгородском бизнес-сообществе идея меценатства популярна?
— Я бы не хотел кого-то призывать или поучать. Каждый делает в жизни то, что считает возможным и нужным. В любом случае не возьмусь оценивать, кто и как помогает культуре, сиротам или спорту. Предположу, что такие люди в Великом Новгороде все-таки есть, но очень многие просто не афишируют свои добрые дела.
— Идея родилась не у нас. Проект показа новгородского фарфора разработан самим музеем. Об этом много говорили в СМИ (экспозиция, которая откроется в марте 2011 года, покажет историческое прошлое — кузнецовский фарфор — и продукцию с кобальтовым покрытием, ставшую в советский период визитной карточкой Новгородчины; плюс имитация производственного процесса — Ю.Г.). Мы давно знакомы с директором музея Юлией Коломыцевой, именно она предложила нам оказать финансовую помощь для покупки коллекции посуды, изготовленной на фабрике Кузнецова. Предметы были приобретены у ныне ушедшего из жизни известного новгородского коллекционера Александра Соловьева.
— Какова величина и стоимость приобретенной коллекции кузнецовского фарфора?
— Это более 40 предметов, в основном датированных от 1827 до 1913 года. Фруктовница, молочники, чашки с блюдцами, предметы чайного сервиза, соусники, частично столовый сервиз под названием «Монумент князя Воронцова», тарелка «Выборгский полк 1700–1900» и другие. О стоимости скажу примерно: несколько десятков тысяч рублей. Досталась она нам недешево, по той цене, по которой выставлялась на интернет-аукционе. Конечно, главное слово при покупке было за работниками музея, они отбирали предметы по клеймам, по периодизации… Нам просто повезло, что мы сумели приобрести довольно полную коллекцию. Такое бывает, мне кажется, раз в жизни.
— Вы часто предлагаете свою помощь в создании коллекций музеям?
— Скажем так, к нам часто обращаются. Понятно, что всем помочь не можем, но пытаемся выбрать то, что, на наш взгляд, является интересным, полезным и нужным. В данном случае хотелось, чтобы то, что мы покупаем, мне нравилось, представляло ценность. А вообще, для меня это первый опыт сотрудничества с музеем и очень волнующий процесс. Но я получил удовольствие в том числе и от мысли о том, что в какой-то степени нам удалось спасти коллекцию для других поколений новгородцев. Знаете, память, история — тоже вещь хрупкая, как фарфор.
— По вашим ощущениям, в новгородском бизнес-сообществе идея меценатства популярна?
— Я бы не хотел кого-то призывать или поучать. Каждый делает в жизни то, что считает возможным и нужным. В любом случае не возьмусь оценивать, кто и как помогает культуре, сиротам или спорту. Предположу, что такие люди в Великом Новгороде все-таки есть, но очень многие просто не афишируют свои добрые дела.
Юлия ГЕНЕРОЗОВА
Николай БАРАНОВСКИЙ (фото)
