В Музее художественной культуры Новгородской земли открылась персональная выставка народного художника России, известного графика Бориса НЕПОМНЯЩЕГО.
В выставочных залах представлены около 130 работ мастера: графика, экслибрисы и неотъемлемые «друзья художника» — книги, иллюстрированные работами Бориса Львовича.
Корреспонденты «НВ» застали графика непосредственно в момент формирования экспозиции:
— В этот раз будет представлена галерейная развеска, а не музейная. Много воздуха, свободного пространства между работами. Вот думаю теперь, как лучше «размазывать» Достоевского по стенам.
Именно иллюстрации к произведениям Фёдора Михайловича составляют основу данной экспозиции. Да и саму выставку художник затеял неслучайно. Дело в том, что часть его работ из цикла иллюстраций к «Запискам из сумасшедшего дома», над которым Борис Непомнящий работал последние несколько лет, в скором времени станет собственностью питерского издательства «Вита Нова», планирующего выпустить «Записки» с иллюстрациями нашего земляка.
— Договор заключён, аванс мною уже проеден, так что книга точно выйдет, — с юмором заметил художник.
На выставке представлены так- же и иллюстрации к другим произведениям Достоевского. В частности, к «Братьям Карамазовым». Великого русского писателя график иллюстрирует давно, но почему-то за эти годы в художественном портфеле так и не появились иллюстрации к «Преступлению и наказанию».
— Это уже классика. Я видел много иллюстраций к этому произведению, причём очень хороших. А делать хуже как-то не хочется, — объяснил Борис Львович.
Однако лишь Достоевским любовь к произведениям классиков у Бориса Непомнящего не ограничивается: художником созданы такие значительные графические циклы, как «Портреты русских писателей», иллюстрации к произведениям Рубцова, Свифта, Шарля де Костера, Гоголя. Но вот к последнему, несмотря на всю живописность его литературного языка, особого пристрастия график не имеет.
— Иллюстрации к Гоголю у меня, конечно, есть, — говорит Борис Непомнящий. — Но их немного, и часть из них уже старые, а часть — это эскизы к иллюстрациям повести «Шинель». Абсолютно согласен, что иллюстрировать Гоголя за счёт его подробных и красочных описаний легко, в отличие от Достоевского, который по сути своей является философом, психологом, даже прорицателем отчасти. Тут как угодно его можно назвать. Но он не живописует. Когда я делал иллюстрации к «Селу Степанчиково и его обитателям» Достоевского, я никак не мог себе представить среду, в которой живут эти люди, их характеры, психологию. Много размышлял, додумывал, предполагал. Отчасти поэтому иллюстрирование весьма задержалось. Но Достоевский мне всё-таки ближе несмотря ни на что.
— Но многие считают его сумасшедшим. За остроту в произведениях, за то, что герои его произведений часто находятся на грани между жизнью и смертью, в состоянии нервного срыва, — решили мы спровоцировать художника.
— Да, я думаю, он и сам был таким. Ведь что писатели, что художники так или иначе в своих произведениях исполняют свой автопортрет, — заметил Борис Непомнящий.
— То есть вы согласны с утверждением, что все творческие люди — немного сумасшедшие?
— А как же!
— А какое из произведений Достоевского вам нравится больше всего.
— Всё нравится. Но «Бесы» как-то не очень.
— Ваша выставка не случайно называется «Мои друзья», которыми в данном случае являются книги. А какое место они занимают у вас в доме?
— Какое-какое? Положенное им место. На полках.
— И много там стоит томов?
— Не могу сказать, что их много. Я очень расстроился после последней кражи в 1996 году, когда меня обворовали в четвёртый раз. И каждый раз выносили все книги, что были в мастерской. Поэтому с тех пор я перестал покупать книги вообще. Беру в библиотеке.
— И чему отдаёте предпочтение: истории, искусству или, может быть, фантастике?
— Нет, что вы! Никакой фантастики. Только художественная литература и только классика.
— Интересно, а что вы читаете сейчас?
— Последние года два я вообще ничего, кроме Достоевского, не читаю. Единственное вот прочёл «Парфюмера» Зюскинда. Жуткая вещь. Она действительно пахнет...
Но я всегда в курсе последних новинок в области литературы. Хотя у нас по телевизору скорее узнаешь кого из футболистов в какой клуб перевели, нежели о книжных тенденциях. Но на радио «Маяк» известный ведущий Роман Трахтенберг, несмотря на всю свою неординарность и вызывающее поведение, очень интересно рассказывает о книжных новинках.
В ближайшее время мэтру будет не до чтения: нужно завершить серию иллюстраций к «Запискам из сумасшедшего дома». А впереди... Впереди юбилей: в 2010 году Борису Львовичу стукнет 65 лет. Юбилеи художники отмечают, как правило, большими ретроспективными выставками. Подождём, чем удивит нас народный график Борис Непомнящий.
Корреспонденты «НВ» застали графика непосредственно в момент формирования экспозиции:
— В этот раз будет представлена галерейная развеска, а не музейная. Много воздуха, свободного пространства между работами. Вот думаю теперь, как лучше «размазывать» Достоевского по стенам.
Именно иллюстрации к произведениям Фёдора Михайловича составляют основу данной экспозиции. Да и саму выставку художник затеял неслучайно. Дело в том, что часть его работ из цикла иллюстраций к «Запискам из сумасшедшего дома», над которым Борис Непомнящий работал последние несколько лет, в скором времени станет собственностью питерского издательства «Вита Нова», планирующего выпустить «Записки» с иллюстрациями нашего земляка.
— Договор заключён, аванс мною уже проеден, так что книга точно выйдет, — с юмором заметил художник.
На выставке представлены так- же и иллюстрации к другим произведениям Достоевского. В частности, к «Братьям Карамазовым». Великого русского писателя график иллюстрирует давно, но почему-то за эти годы в художественном портфеле так и не появились иллюстрации к «Преступлению и наказанию».
— Это уже классика. Я видел много иллюстраций к этому произведению, причём очень хороших. А делать хуже как-то не хочется, — объяснил Борис Львович.
Однако лишь Достоевским любовь к произведениям классиков у Бориса Непомнящего не ограничивается: художником созданы такие значительные графические циклы, как «Портреты русских писателей», иллюстрации к произведениям Рубцова, Свифта, Шарля де Костера, Гоголя. Но вот к последнему, несмотря на всю живописность его литературного языка, особого пристрастия график не имеет.
— Иллюстрации к Гоголю у меня, конечно, есть, — говорит Борис Непомнящий. — Но их немного, и часть из них уже старые, а часть — это эскизы к иллюстрациям повести «Шинель». Абсолютно согласен, что иллюстрировать Гоголя за счёт его подробных и красочных описаний легко, в отличие от Достоевского, который по сути своей является философом, психологом, даже прорицателем отчасти. Тут как угодно его можно назвать. Но он не живописует. Когда я делал иллюстрации к «Селу Степанчиково и его обитателям» Достоевского, я никак не мог себе представить среду, в которой живут эти люди, их характеры, психологию. Много размышлял, додумывал, предполагал. Отчасти поэтому иллюстрирование весьма задержалось. Но Достоевский мне всё-таки ближе несмотря ни на что.
— Но многие считают его сумасшедшим. За остроту в произведениях, за то, что герои его произведений часто находятся на грани между жизнью и смертью, в состоянии нервного срыва, — решили мы спровоцировать художника.
— Да, я думаю, он и сам был таким. Ведь что писатели, что художники так или иначе в своих произведениях исполняют свой автопортрет, — заметил Борис Непомнящий.
— То есть вы согласны с утверждением, что все творческие люди — немного сумасшедшие?
— А как же!
— А какое из произведений Достоевского вам нравится больше всего.
— Всё нравится. Но «Бесы» как-то не очень.
— Ваша выставка не случайно называется «Мои друзья», которыми в данном случае являются книги. А какое место они занимают у вас в доме?
— Какое-какое? Положенное им место. На полках.
— И много там стоит томов?
— Не могу сказать, что их много. Я очень расстроился после последней кражи в 1996 году, когда меня обворовали в четвёртый раз. И каждый раз выносили все книги, что были в мастерской. Поэтому с тех пор я перестал покупать книги вообще. Беру в библиотеке.
— И чему отдаёте предпочтение: истории, искусству или, может быть, фантастике?
— Нет, что вы! Никакой фантастики. Только художественная литература и только классика.
— Интересно, а что вы читаете сейчас?
— Последние года два я вообще ничего, кроме Достоевского, не читаю. Единственное вот прочёл «Парфюмера» Зюскинда. Жуткая вещь. Она действительно пахнет...
Но я всегда в курсе последних новинок в области литературы. Хотя у нас по телевизору скорее узнаешь кого из футболистов в какой клуб перевели, нежели о книжных тенденциях. Но на радио «Маяк» известный ведущий Роман Трахтенберг, несмотря на всю свою неординарность и вызывающее поведение, очень интересно рассказывает о книжных новинках.
В ближайшее время мэтру будет не до чтения: нужно завершить серию иллюстраций к «Запискам из сумасшедшего дома». А впереди... Впереди юбилей: в 2010 году Борису Львовичу стукнет 65 лет. Юбилеи художники отмечают, как правило, большими ретроспективными выставками. Подождём, чем удивит нас народный график Борис Непомнящий.
Надежда ВЫЛЕГЖАНИНА
