Как повлияют на Онег федеральная трасса и газопровод?
Информация о том, что территории бывшего села Онег, на которой некогда располагалось имение Рахманиновых, угрожает серьёзная опасность, возникла в сети Интернет, как говорится, «вдруг».
Вроде бы не вчера стало известно, что в границах Подберезского сельского поселения пройдёт строящаяся магистраль Москва — Петербург, как и не вчера появилась весть об ответвлении газопровода Серпухов — Ленинград, который будет проложен там же. Но молва, что трасса и газопровод пройдут аккурат по Онегу, взбудоражила.
Это катастрофа
О таком раскладе известный рахманиновед Идея ДЕМИДОВА говорит не иначе как о трагедии мирового масштаба. В год 140-летия Сергея Васильевича в Новгороде не то что серию особых мероприятий не проводят, наоборот — решили окончательно уничтожить память о русском гении, родившемся на Новгородчине.
— Ещё в советское время Тамара Самсонова, первый новгородский биограф Рахманинова, дальняя-дальняя его родственница, сумела сделать то, что не сделал ни один чиновник. Как и сейчас, тогда Онег представлял собой природный ландшафт, там всё было расколошмачено войной. Посетитель будет знать, что здесь — Онег, но не заметит: дороги нет, — рассказывает Демидова. — Ещё в 1964 году там нельзя было ходить из-за мин. Так вот Самсонова обратилась в воинскую часть: пришли минёры, разблокировали участок. Вскоре там нашли источники, колодец, влажный ров, в котором от сырости растут огромные папоротники, выше человеческого роста. В месте впадения рва в Волхов кучкуются бобры. Самсонова разумно требовала, и чиновники шли ей навстречу. На убитой просёлочной дороге появился указатель «На Онег», кратко рассказывающий о музыкальной истории этого места.
Сохранившиеся документы за 1968 и 1987 годы подтверждают, что территория Онега — сама усадьба и девять гектаров охранной зоны — имеет большую культурную ценность. Зато уже в 90-е годы кадастровый план бывшего имения не разработали.
— И сколько мы об этом ни напоминали, результатов не было! Зато вот теперь в полукилометре от Онега пройдёт федеральная трасса, где-то рядом — газопровод. Что это значит? Что пропадут тишина и музыкальная аура места, проезжающие мимо машины будут мусорить, отдыхающие — жарить шашлыки. В общем — катастрофа, — подытоживает Идея Гавриловна. — Каждый день, минута промедления — преступление перед историей человечества.
Удачное соседство
В свою очередь чиновники тоже не молчат, более того — успокаивают. Реакция департамента культуры на информационную волну, как и подобает, официальна и суха: «Учитывая значимость для новгородской и мировой культуры памятных мест, связанных с нашим земляком-композитором С.В.Рахманиновым...» и так далее.
Суть витиеватого ответа сводится к следующему: участники совещания, прошедшего на прошлой неделе на территории усадьбы Онег, — представители департамента культуры, департамента имущественных отношений и государственных закупок, администрации Подберезского сельского поселения — внимательно изучили документацию по газопроводу и пришли к выводу, что будущая стройка не угрожает сохранности Онеги. Газопровод расположится в трёх километрах южнее границы территории парка.
— Не повредит Онегу и федеральная трасса Москва — Санкт-Петербург, которая пройдёт в пятистах метрах от усадебного участка, — прокомментировал Сергей БОГДАНОВ, глава департамента культуры. — Более того, на Онег будет оформлено право областной собственности. Для определения кадастровых границ объекта уже готовится государственная историко-культурная экспертиза, а её данные будут включены в документы территориального планирования Подберезского сельского поселения и Новгородского муниципального района. Процесс этот долгий и дорогостоящий, но с мёртвой точки мы сдвинемся.
Устраивает ли такое развитие дел общественников? Едва ли... Потому что одно дело — проекты на бумаге, совсем другое — их реальное воплощение. Особенно если крупное строительство идёт в России.
Надежды на лучшее
Тем не менее Сергей ТРОЯНОВСКИЙ, председатель Новгородского общества любителей древности, уверен, что строительство вблизи усадьбы газопровода и автострады может сыграть и добрую службу Онегу. Потому как одним из главных критериев посещаемости туристического объекта является его доступность.
— На сегодняшний день в Онеге нет абсолютно никакой инфраструктуры, никаких зримых объектов. Чтобы добраться до места, нужно приложить немало усилий, но ведь не всякая техника проедет, — поясняет Трояновский. — И всё же и сейчас в Онеге замечены следы работы чёрных археологов, а вот «порядочных» туристов что-то не наблюдается. В этом смысле федеральная трасса даёт реальные перспективы в плане электрификации, появления дороги, привлечения инвесторов и, в идеале, рождения полноценного туристического объекта.
* * *
Стороннему наблюдателю разыгравшийся конфликт больше всего напоминает спор лириков с практиками. Где первые боятся за эфемерные, но от этого не менее ценные атмосферу и музыкальный дух забытого уголка, а вторые рассуждают, как во благо использовать плоды цивилизации.
Опять же сторонний наблюдатель может впасть в лёгкий ступор от такой логической загадки: популяризировать Онег надо. Для того чтобы помнили и чтобы тропа не зарастала, но приближаться к усадьбе не моги, не дай бог испортишь. Этак нужно сильно исхитриться. Рахманиноведы, кстати, исхитрились. Подготовили, великолепно оформили и выпустили диски с музыкой детства композитора, а съёмочная группа из числа активистов сейчас собирает материалы для документального фильма «Рахманинов. Колыбель русского гения». Достаточно ли этого? Бог весть...
В то же время точно сказать, как повлияют на Онег будущие стройки, пока действительно сложно. В том, что свой отпечаток на судьбу усадьбы они наложат, можно не сомневаться. В этом смысле знаменитый романс, написанный Рахманиновым на стихи Плещеева, приобретает особый смысл:
И у меня был край родной —
Прекрасен он!
Там ель качалась надо мной...
Но то был сон!
Фото с сайта novsu.ru
