В новой киноленте по повести Николая Гоголя от оригинала мало что осталось
Любите ли вы ужастики так, как люблю их я? Тогда нам по пути… в кинотеатр. Премьера картины «Вий» в 3D к концу второй недели проката в России уже побила по кассовым сборам и «Сталинград», и «Аватар», продолжая набирать очки.
Продюсер фильма Алексей Петрухин и режиссер Олег Степченко удивили всех. И тех, кто ожидал узнать на экране «Вия» точно такого, каким его увидел Николай Васильевич. И тех, кто предрекал крах, говоря, что коль над фильмом трудились восемь лет, начиная с 2005-го, меняя концепцию, подходы и сценарий, то ничего хорошего не будет.
Не страшно, аж жуть
Создатели ужастика образца 2014 года и Хому Брута в живых оставляют, и Вия делают совсем непохожим на книжного. Он получился этаким червяком с глазами, похожими на автомобильные фары, — совсем не страшно.
Вообще, режиссер не сделал ставку на народный колорит, а зря: это бы придало яркости картине не меньше, чем спецэффекты. «Жаль, что самобытность не стала главной целью. А ведь у авторов есть амбициозные планы завоевать этим фильмом не только Россию и Украину, но и международный рынок. Бюджет в 26 миллионов долларов вполне позволял авторам «Вия» внести в фильм полноценную этническую, нутряную краску. Показать ярко и выигрышно не только казаков как типаж, но славянскую бытовую культуру, ее характерные особенности, ее юмор, который так точно передавал Гоголь. Это же имеет спрос, привлекает зрителей…» — пишет кинообозреватель «Итогов» Ирина Любарская.
Новый герой
Безусловно, необычным решением сценаристов было ввести в действие еще одного главного героя — британского картографа Джонатана Грина, который к «Вию» Гоголя не имел никакого отношения. Точнее так: вдоль и поперек исходил Украину начала XVII столетия ставший прототипом кинематографического Грина французский ученый-географ Гийом Левассер де Боплан. Думается, что с представителями нечистой силы Боплан не встречался. Но! За время пребывания на Украине хорошо изучил политические, общественные, бытовые черты страны и по возвращении во Францию написал интереснейшие записки о жизни крестьян и казаков, их обычаях, промыслах, способах ведения войны, а кроме того, составил карты Украины, которые на протяжении нескольких столетий считались наиболее полными и точными.
Вот он-то под именем Джонатана Грина (в прекрасном исполнении англичанина Джейсона Флеминга) и внедрен в картину. Как ученый-картограф и как человек, лишенный предрассудков, Грин готов искать логическое объяснение событиям, связанным со смертью панночки, и той чертовщине, что творится на хуторе. Так в «Вие» появляется детективная линия.
Кстати, за этот ход и за Грина на съемочную бригаду ополчился известный писатель и телеведущий Дмитрий Быков — мол, зачем было портить гоголевский сюжет: «склепана исключительно дорогая, возможно, очень талантливая лажа, не имеющая никакого отношения к Гоголю и к «Вию»…».
Но кто сказал, что экранизация должна быть точной копией текста произведения классика? Снимали по мотивам, а значит, режиссер имел полное право экспериментировать и додумывать. Что и сделал. Почему выбор пал на ученого? Почитайте «Описание Украины» Боплана, и ответ придет сам собой.
Их нравы
«…Они исповедуют греческую веру, называя ее по-своему русской, свято почитают праздничные дни и соблюдают посты, продолжающиеся в течение восьми или девяти месяцев в год и состоящие в воздержании от употребления мяса. Они настолько упорны в соблюдении этой формальности, что убеждают себя, что спасение души зависит от различия пищи. Зато взамен, мне кажется, вряд ли какой-либо народ в мире сравнялся бы с ними в способности пить, ибо не успевают они отрезвиться, как тотчас же принимаются (как говорится) лечиться тем, от чего пострадали. Все это, впрочем, происходит только в свободное время, но, когда они воюют или подготавливают какое-то дело, они крайне трезвы, а грубость можно заметить только в одежде. Они остроумны и проницательны, смышлены и щедры без расчета, не стремятся к большому богатству, но чрезвычайно дорожат своей свободой, без которой они не могли бы жить…».
Эти подмеченные географом детали жизни украинцев мы видим и в фильме. Например, когда на экране после многочасового возлияния хлопцы вдруг начинают превращаться в монстров без головы, с копытами вместо конечностей и прочими бесовскими атрибутами, первая мысль, которая возникает: пить, братцы, надо меньше, и мерещиться ничего не будет. Именно это себе и сказал Джонатан Грин, когда утром после застолья с казаками очнулся на полу.
Он как человек здравомыслящий, после того как вывел на чистую воду попа-оборотня, готового пойти на убийства ради того, чтобы создать секту, покорную ему во всем, вернув обществу якобы сгинувшего Хому, для себя однозначно решил: никакой мистики не было, а те жуткие видения, что его посещали, — не более чем плод фантазии, разыгравшейся под действием самогона. Нет и не было никакого Вия.
* * *
Петрухин и Степченко обещают трилогию. Кроме уже вышедшей на экраны картины, планируется «Вий-2. Проклятое место» и «Вий-3. От Трансильвании до Московии». Судя по названиям, в последующих фильмах, как и в первом, гоголевская повесть станет лишь одним из ингредиентов в кинематографической 3D-каше.
Фото с сайта Кинопоиск
