Новгородка Кристина Гептинг признана лучшим молодым прозаиком России
За повесть «Плюс жизнь» она получила первое место в номинации «Проза» литературной премии «Лицей» имени Александра Пушкина. Корреспондент «НВ» поговорила с Кристиной о том, как живётся ей после победы, почему она решила написать о ВИЧ и зачем становятся писателями.
— Кристина, после получения премии вы проснулись и почувствовали себя знаменитой?
— Нет, совершенно не почувствовала. Может быть, я об этом мало думаю. Просто сейчас получаю несколько больше внимания, чем обычно. С одной стороны, это приятно, а с другой — чувствуешь ответственность. Премия престижная, она вручалась первый раз, и на лауреатов возлагают большие надежды. Мне много пишут в социальных сетях. Я понимаю, что дальше в моей литературной жизни не может быть хуже. Теперь нужно идти только вперёд. Если я раньше была ответственна только перед самой собой, ставила определённую планку — писать, и писать хорошо, то теперь к этому добавляется некая оглядка. Пока я не знаю, хорошо это или плохо.
— Я успела прочитать в Интернете ознакомительный фрагмент вашей повести, где история главного героя и его девушки Арины только начинается. Можно ли найти на просторах Всемирной сети полный текст «Плюс жизнь»?
— Текст можно почитать на сайтах Ridero.ru и Pushkinprize.ru. У повести — открытый финал, из него не понятно, погиб герой или нет. Хотя скорее да, чем нет.
— Хотели сохранить интригу?
— Дело было не в интриге. Я полюбила своего героя, поэтому не смогла его однозначно убить. Но и к оптимистичному финалу, что всё прекрасно, решила не подводить. Предпочла, чтобы сам читатель пофантазировал о концовке повести.
— Для вас было принципиально писать именно про ВИЧ?
— Подзаголовок моей повести: «История любви, а не болезни». Мне было важно не муссировать в очередной раз мифы об этом заболевании, не говорить о ВИЧ как таковом. Самое важное было — показать, насколько сложно человеку, условно не такому, как все, выживать в обществе, как сложно, когда ты другой. А ВИЧ — это повод, чтобы поговорить о том, что с нами стало, почему мы такие жестокие, почему нам не хватает терпимости, почему у нас так мало любви и милосердия.
— Тема, которую вы затронули в повести, предполагает описание физиологического проявления болезни. Вам известно, как медики восприняли вашу повесть?
— Безусловно, научно-популярную литературу, какую я была способна понять, по этой теме я изучала. И она была мне интересна. Возможно, у меня есть какое-то чутьё. По крайней мере, люди, у которых есть этот диагноз и с которыми я общаюсь, а также сами медики меня не критиковали. Им показалось, что всё достоверно описано.
— Вы попытались взглянуть на мир глазами героя, 18-летнего юноши. Муки творчества испытывали?
— Испытывала бы, если бы это был не 18-летний мальчик, а 28-летняя женщина, коей я и являюсь. Когда поняла, что буду писать о ВИЧ-положительном человеке, я знала, что это будет человек не моего пола и меня младше. Возможно, в этом есть какая-то актёрская игра. Любопытно пожить в другом теле. Это позволяет, наверное, приподняться над собственной сутью, увидеть ситуацию сверху. И это будет взгляд более честный и объективный.
— У Генрика Ибсена есть слова о том, что «жить — значит, сражаться с троллями, обитающими в твоём сердце и душе. Писать — значит, подвергать себя самому строгому суду». А для чего пишете вы?
— Это мой способ освоения действительности. С детства у меня существует такая потребность художественно фиксировать то, что я вижу, что меня волнует и кажется мне важным, что для меня составляет ценность в жизни. Потому я училась на журналиста, но работала по профессии мало. Журналистикой больше не занимаюсь, причем давно. Возможно, у меня не совсем журналистский склад ума — я больше интраверт. Но я работаю копирайтером, пишу бизнес-тексты. Копирайтинг, где каждое слово стоит денег, помогает мне и в литературе — оттачиваю прозаическое мастерство. Литература — моё призвание. Но всё равно невозможно делать её своей профессией, даже несмотря на то, что я получила не самую маленькую премию. Премия случается раз, два, если повезет — три раза, но должна быть стабильная работа. Литература — любимое дело, которым будешь заниматься вне зависимости от того, будет оно оплачиваться или нет.
— С чего начался ваш путь к премии? В её наблюдательном совете весьма влиятельные люди.
— Совет возглавляет Сергей Степашин, его члены — Михаил Швыдкой, Владимир Григорьев, заместитель руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. Литературная премия «Лицей» — это масштабный проект. И я рада прежде всего как читатель, что он получился. Я — въедливый читатель современной прозы, в частности — молодёжной. Конечно, не предполагала, что попаду в финал, а уж тем более — стану победителем. Как узнала о премии? Я подписана на рассылку сайтов различных литературных конкурсов. Так мне и пришла информация о положении «Лицея». А поскольку текст повести на тот момент уже давно был готов, мне оставалось только оформить необходимые документы для подачи произведения на конкурс. Его текст отправила по электронной почте.
— А можете сказать, когда текст произведения не получился?
— Текст не состоялся, когда ты его читаешь и тебе, образно говоря, не хочется надевать обувь главного героя, не хочется идти по его пути.
— Новгород — это ваш город? Не задумывались о переезде в столицу?
— Когда на церемонии вручения премии ко мне подошёл председатель жюри Павел Басинский и сказал, что ходят слухи о моем переезде в Москву, я ответила ему твёрдо, что делать этого не собираюсь. Мне в Новгороде комфортно, это прекрасный город, здесь у меня растут дети.
— У вас — дети?
— У меня — две дочки, старшей 4,5 года, младшей исполнилось 2 года.
— Ещё успеваете и книги писать. Или пока находитесь в отпуске по уходу за ребёнком?
— На работу я вышла, когда младшему ребёнку было полтора года. Благо, у нас есть бабушка, которая помогает. А книгу писала по ночам.
Фото Владимира Малыгина
