— Каждое утро я встаю и, начиная новый день, смотрю в окно своего дома на государственный флаг, развевающийся над могилой моего сына. Говорю: «Доброе утро, сынок!» И читаю молитву. Накануне ночи, приезжая с работы, снова здороваюсь со своим родным Денисом и захожу домой, чтобы завтра встретить своё новое утро.
Людмила Александровна родилась в деревне Лугско Батецкого района. Родители были простыми сельскими тружениками: мама работала дояркой, отец — разнорабочим. Его крепкие руки были нужны в любом колхозном труде, содержали в порядке семейный деревенский пятистенок и немалое крестьянское хозяйство. Когда маленькая Людмила уже ходила в начальную школу, родители решили переехать поближе к Новгороду. Нечернозёмная деревня медленно умирала, будущего ни для семьи, ни для детей в ней не было. Статистика говорит, что десять лет назад в Лугско проживали лишь два человека.
— Родителям в новом колхозе предложили на выбор две деревни — Хутынь или Волотово. Выбрали последнюю: город рядом, регулярное автобусное сообщение, школа в соседней деревне Ушерско — дети пешком дойдут. Дом в Лугско разобрали и по бревнам перевезли в Волотово. Участок нам дали через дорогу от сельского кладбища, что образовалось у церкви Успения Пресвятой Богородицы на Волотовом поле ХIV века. Красивый, ладный храм, святое место для нашей деревенской общины. На этом кладбище лежат многие поколения жителей Волотова. И мои родители тоже, и мой старший брат.
Окончив 8-й класс, Людмила хотела стать школьным учителем. Собралась поступать в Боровичский педагогический техникум. Но каменной стеной на пути желания дочери встала мать: «Пойдёшь после школы на учителя в Новгороде». Налетела коса на камень, Людмила наотрез отказалась: «Нет, тогда пойду работать».
Молоденькой девушке дали направление на трудоустройство в областную контору кинопроката. Пришла с мамой в Кинопарк. Сейчас новгородцы его знают как киноцентр «Россия». Требовался работник в монтажный цех, его специалисты проверяли ленты после кинопоказов. Плёнки часто рвались, их надо было склеивать. В цехе ярко пахло ацетоном. Мама было непреклонна: «Эта работа не для моей дочери. А бесплатное молоко у нашей коровы лучше». Помог случай. На межэтажной лестнице кинопроката встретили одного из руководителей — ветерана Великой Отечественной войны Евгения Ивановича Цветкова, и он предложил 18-летней девушке должность методиста в репертуарном отделе — распределять киноленты между сотнями киноустановок области. В Кинопарке Людмила проработала всю трудовую жизнь: стала почётным кинематографистом России, почётным работником культуры Российской Федерации.
В биографии Людмилы Александровны лишь три рабочих перерыва — на декретные отпуска. С будущим мужем она познакомилась здесь же, в кинопрокате, вместе воспитали троих детей. Двух дочерей — Татьяну, Марину — и сына. Денис родился средним.
Росли дети, с годами создавали свои семьи. Ушёл из жизни муж. Подрастали пять внучек. Жизнь, как кинолента, только не переклеишь, идёт как есть.
— 43 года отработала. Ушла на пенсию. Через несколько лет из киноцентра по состоянию здоровья уволился администратор, и меня пригласили его заменить. Кто такой администратор? Это по-старому — контролёр. Я должна быть приветлива к нашим зрителям. Можно сказать, теперь моя профессия — встречать людей с улыбкой.
В ноябре 2022 года Людмила Александровна увидела по телевидению репортаж о наших бойцах на СВО, их фронтовых буднях. Сжалось материнское сердце. Как с ними домашним теплом на передовой поделиться, борщом и рассольником накормить, передать, что помнят о них, поддерживают и ждут? Младшая дочь Марина нашла в соцсетях волонтёров СВО, а сама Людмила Александровна пошла по деревне — кто картошкой и свёклой, кабачками поделился, кто солеными огурцами и иной консервацией, кто, не имея огородных запасов, деньги передал. Безучастных не было. Отвезла с дочерью всё собранное на пункт сбора помощи.
— К тому времени уже трое наших деревенских ребят ушли на СВО. Вот сижу и думаю, у них пожилые матери одни остались, скоро Новый год, тяжело им. Кто вспомнит, кто поздравит? Сыновья на войне. Бросила клич в деревенский чат. Люди отозвались. Сумма была собрана приличная. Посоветовалась с односельчанами: в самой деревне магазина нет, поэтому решили сделать праздничные продуктовые наборы. Подарки пришлось развозить на санках, собранные сумки были просто неподъёмными. Каждой матери подписали новогоднюю открытку. Хотелось хоть чем-то их порадовать. А потом эту традицию продолжили и к 8 Марта.
И сегодня Людмиле Александровне не даёт покоя мысль, что её волонтёрство стало одной из причин судьбоносного решения сына. Ничего не сказав матери, Денис подписал контракт с Министерством обороны. Узнала об этом она случайно: кто-то из односельчан увидел знакомое лицо на приёме у врача. Медкомиссию проходит? Сначала не поверила. А потом — тревога, слёзы, сердце не удержать в груди.
— Я за телефон, но Денис не отвечал. Потом сам перезвонил: «Да, мама, я подписал контракт, я пойду на войну». 6 ноября 2024 года он уехал, провожать разрешил лишь старшей сестре. Позже сообщил, что находится под Курском. Мои бессонные ночи, слёзы в подушку. Как любая мать, я каждый день ждала хоть маленькой весточки. Когда приходило короткое сообщение «Всё хорошо» — это были самые счастливые минуты моей жизни.
Вслед за Денисом ушёл на СВО и его лучший друг Степан. Жили рядом, через дом, дружили с детства. Пропал Степан в огне войны без вести. Мать полтора года разыскивала, ждала… Нашли, опознали. Хоронили Степана с воинскими почестями. На деревенском кладбище в Волотове появился первый российский триколор.
Однажды Денис позвонил: «Я в Питере, в госпитале, ранен в руку, бедро и в ногу». У Людмилы Александровны вместе с тревогой родилась надежда — три ранения, может, демобилизуют.
— Конечно, мы поехали к нему. Денис сразу сказал, что ранения незначительные, подлечится и после отпуска уйдёт на фронт. Два месяца реабилитации он был дома. Про войну не рассказывал, а я и не спрашивала, понимала, что это для него тяжелая тема. Думаю, он молчал, чтобы и меня не расстраивать. По натуре сын очень добрым был, с чутким сердцем.
Уехав в зону СВО, Денис продолжал писать коротко: «Всё хорошо». Но однажды уточнил: «Готовимся к заданию». А 28 марта 2026 года пришло сообщение от его сослуживца, что Денис ушёл в бой.
— 29 марта — мой день рождения. Внучки, живущие в Санкт-Петербурге, сделали мне подарок: пригласили в гости, мы сходили в храм Спаса на Крови. Я тогда не знала, что именно в этот день погиб мой сын. Я продолжала ждать от него сообщений. Но неделя проходит, вторая — ничего. Старшая дочь Татьяна призналась мне, что накануне моего дня рождения видела во сне Дениса, словно он крикнуть что-то хочет, набирает грудью воздух, а слова не получаются. Скрыла тогда она свое видение, не хотела меня перед праздником расстраивать. Я перед сном перекрестилась и говорю: «Господи, ну помоги ты мне узнать, что он кричал». В этом сне я не видела лица Дениса, не видела и его самого, но я слышала его голос, его трижды произнесенное: «Помогите!»
Через месяц Людмиле Александровне позвонили из военкомата: «Соболезнуем. Готовьтесь». А через три дня привезли Дениса. Похоронили его на сельском кладбище рядом с могилами родных людей, у церкви Успения Пресвятой Богородицы на Волотовом поле, прямо около дома. По новой традиции у памятника установили российский флаг.
— Каждое утро в окно я смотрю на этот флаг, смотрю на фотографию Дениса. Хожу к нему каждый Божий день. Благо рядом. Цветы принесу, поговорю с ним. Я так и хотела, чтобы он был со мной всю мою оставшуюся жизнь...
Силы жить дальше дают близкие сердцу люди — дети, внучки и мой рабочий коллектив. Я не одна. Много наших матерей, таких, как я, очень много. Мне хочется просто им пожелать терпения и большого здоровья. И чтобы все дождались своих сыновей, отцов, мужей. Давайте в это верить и надеяться все вместе, всем миром. А тем, кто потерял своих близких, я выражаю глубокие соболезнования. Мы русские, победа будет за нами! Мы в это очень верим.
