От Троицкого раскопа всегда ждут открытий. Не стал исключением и нынешний сезон. Троицкий-XVI дал исследователям уже более 1000 находок, создающих широкую картину жизни и быта средневекового Новгорода.
Мы застали археологов и их помощников в XII веке.
— Самый информативный и богатый слой, — сказал руководитель раскопа, старший научный сотрудник кафедры археологии МГУ Виктор СИНГХ. — В это время в Людином конце проживали представители семьи Мирошкиничей, из которой вышли известные посадники. Усадьба, которую сейчас исследуем мы, также свидетельствует о достатке и достоинстве владельцев. Одних только товарных свинцовых пломб найдено более полутора сотен.
Свинцовыми пломбами скрепляли и опечатывали связки шкурок пушных зверей или другие товары. Шкурки, кстати, использовались как платёжное средство, ведь XII век — безмонетный.
Иными словами, деловая активность на исследуемом месте налицо. Правда, на этой же усадьбе находили и принадлежности воина — оружие, конскую упряжь. И украшений много, в том числе как бы не доведённых до завершения, и впору подумать, будто тут была ещё и ювелирная мастерская. Всё это — одновременно или почти одновременно. Предположительно тут могла проживать семья с неудобопроизносимой, но боярской фамилией Штециничи.
В тему статусности также — найденные вислые свинцовые печати. Причём первая — князя Романа Мстиславича. Очень редкая вещь. А в приёмный день (для журналистов) на раскопе была обнаружена ещё одна печать — с изображениями святых. Её принадлежность пока неизвестна.
Да и немалое количество найденных ключей — тоже аргумент. Было, значит, что прятать.
Самая большая находка — пятистенный сруб, имевший крыльцо и сени, способствовавшие сохранению тепла в жилой части и использовавшиеся для хранения вещей. Как обычно, остатки средневековой постройки будут зафиксированы, а затем разобраны, чтобы продолжить раскопки.
Особенность исследуемого участка — его близкое соседство со строящимся зданием Центра археологических исследований имени В.Л. Янина. Строительство будет продолжено и там, где сейчас работают археологи. Поэтому в первую очередь необходимо исследовать территорию, которую займёт подстанция.
Площадь раскопа Троицкий-XVI — 540 кв. м. А если посчитать все исследованные участки, то в совокупности Троицкий раскоп — это более 10 тысяч кв. м. И он уже обогнал Неревский раскоп с его 9200 кв. м. Однако в целом к настоящему времени исследовано лишь 3% новгородского культурного слоя.
По словам руководителя раскопа, до сентября предстоит углубиться ещё на три метра. Притом что до сих пор снято немногим более двух метров культурного слоя. И это высокий темп на самом деле!
— Обычно мы за сезон проходим максимум 60 сантиметров, — заметил Виктор Сингх.
В общем, очередной непростой сезон. Сейчас на раскопе занято около 60 человек. Сменяют друг друга студенческие отряды, школьники. Недавно, например, работал отряд историков из РГГУ. Участвуют в раскопках и новгородцы. В основном это опытные уже люди. Не первый год копают.
Не без удивления я обнаружил в этой сборной команде цыган. Причём в довольно убедительном представительстве. Держатся вместе, работают быстро.
— Мы из Лесной, — отрекомендовался один из них — Виктор.
— А-а, так вы на картошке наловчились копать?
— Тут интереснее!
— Вам ключ красивый показывали? — вступила в разговор Зоя. — Мы нашли, бабушка наша…
А Виктор Кашмирович уже рассматривал очередную находку:
— Похоже, что томар.
То есть специальный наконечник стрелы для охоты на пушного зверя.
В камеральной лаборатории Новгородской археологической экспедиции, которой заведует старший научный сотрудник кафедры археологии МГУ Любовь ПОКРОВСКАЯ, всё лучшее, что было найдено этим летом, — в лучшем же виде. Как на выставке.
Вот привеска — две птицы с мировым древом.
— Такая же была у нас на городище, — прокомментировала Любовь Владимировна.
И обратила наше внимание на гребень:
— Совершенно замечательная вещь из дерева. Возможно, это самшит.
Между прочим, «замечательная вещь» тонкой работы — скорее для усов и бороды, чем для кос. Ну и как редкого типа боевой топорик. Красота — это страшная сила.
Игольница — тоже редкость. Нательные крестики во множестве. Ключики — комплектом. Видимо, в связке были. Терять так терять.
Грамотную часть троицких обретений представила доктор исторических наук Елена РЫБИНА, скромно назвав себя ретранслятором того, что перевёл уже с древнерусского академик РАН Алексей Гиппиус.
Общий счёт берестяных грамот, найденных за 75 лет (да, скоро юбилей со дня первой находки на Неревском раскопе), пока удалось продвинуть на шесть позиций. Самая интересная, по мнению Елены Александровны, — грамота № 1243. Она же — самая целая и читаемая. Ну и странная тоже. В каком-то смысле.
Итак, грамота от Немира к Павлу. Начал Немир хорошо, ровно, а потом что-то разладилось — и строчки перестали в линию собираться, и слова какие-то пошли, знаете ли… Досталось от Немира и ябеднику, судебному исполнителю то есть, которого он «послал на гузу», и адресату Павлу, предупреждённому: «и не смей меня ослушаться». Интересно, что данная грамота — всего четвёртая, где встречается древнерусский ябедник.
