Семья украинских беженцев нашла приют в Боровичском районе
Валентине и Николаю Дроздовым из Донецка повезло. Решив покинуть Украину, они не гадали, где найдут новый приют в России — в боровичской деревне Нальцы их уже ждали.
Одна из местных жительниц предоставила им свой дом: «Живите сколько потребуется». Всё потому, что Валентина много лет назад работала в местном совхозе дояркой.
На постоянное место жительства
Больше месяца назад она вернулась на Новгородчину вместе с мужем, двумя взрослыми дочерьми Еленой и Валерией и тремя внуками — Сергеем, Миленой и Никитой. Младшему всего четыре месяца. Приехали без вещей. Местные жители помогают и одеждой, и деньгами. Семья постепенно приходит в себя.
— Мы жили на окраине Донецка. Десять лет назад продали квартиру и купили дом. Обустраивались на всю оставшуюся жизнь, — рассказывает Валентина. — Что война будет, мы поняли, когда начался Майдан, когда убивали ребят из «Беркута». Понимали, что к власти пришли националисты. У них патологическая ненависть к русским, это было всегда. Конечно, надеялись на президента Януковича. Так ликовали, когда Крым присоединился к России. Но охватил страх, когда поняли, что в случае с Новороссией этого не произойдёт. Моя дочь принимала участие в организации референдума по отделению Донецкой области от Украины, а это верная смерть.
Надо сказать, на встречу Валентина Семёновна согласилась неохотно. Волновалась за мужа: «Он сильно сдал, сердцем мается. И ещё мучается от того, что никогда ничего не просил, а здесь без помощи людей не выжить».
Всякое напоминание об Украине глава семейства переносит болезненно. После сухого «Здрасьте» сразу вышел из дома, и вскоре за окном послышался рёв электрокосилки. Но вернувшись зачем-то в дом, втянулся в общую беседу.
Лицо войны...
— Первый раз под бомбёжку попали ночью, — вспоминают супруги. — Послышались ухающие звуки, вышли на улицу, а на чёрном небе — яркие следы от трассирующих снарядов. Мы даже не поняли, что бомбят. О том, что это была бомбёжка, узнали по «России 24». Тогда этот канал ещё показывал.
Дроздовы до последнего не хотели покидать дом. Надеялись, что вот-вот всё закончится. Шахты продолжали работать, люди ходили на службу, перебоев с выплатой пенсий не было — всё как в мирное время. Даже к бомбёжкам семья привыкла. «Как начинали бомбить, дети торопили нас спуститься в подвал, — рассказывает Валентина Дроздова. — Там было всё: спальные места, еда, вода».
А главное — вся жизнь связана с Украиной. Николай Максимович еще 19-летним парнем переехал сюда по распределению — работал буровым мастером. Строил ДнепроГЭС, каналы. Четверть века отработал в шахте забойщиком.
Дома в Донецке весь двор у Дроздовых уставлен станками — без дела сидеть Николай Максимович не может. Огород, виноградник... Оставить всё это было очень тяжело.
Окончательное решение пришло, когда стали погибать люди. «Вот где страх! Мы-то уже пожили, а дети? Но к этому времени и на поезде уехать стало проблемой. Вещи перевезти и вовсе нереально», — рассказывают супруги.
— Что мы могли взять с собой? — горько усмехается Валентина Степановна. — Каждый брал то, что ему дорого. Муж взял бензопилу и дрель, внук — кошку, внучка — собаку. А я — внуков.
В Донецке остался муж старшей дочери. В одной из отдаленных деревень живет его больная мать, которую он просто не имел права оставить. Мужчина до сих пор ей не говорит, что идёт война. Последний раз, когда созванивались, рассказывал, что в городе нет ни воды, ни света. Дочь хотела вернуться, как уговаривались при отъезде, но муж отговорил. Да и не проехать: граница закрыта, мост разбомбили.
* * *
Сейчас у Дроздовых одна забота — устроиться на работу, принять российское гражданство и начать новую жизнь.
За месяц жизни в Нальцах семья разбила огород, посадила кое-какие овощи. Муж второй дочери, единственный из всей семьи, нашёл работу в Боровичах, снял квартиру и перевёз туда «молодёжь». Пока он обеспечивает всё семейство.
Фото автора
