Татьяне Михайловне Любимовой, в прошлом учителю музыки, в декабре исполнится 68 лет. Она культорганизатор автономной некоммерческой организации социального обслуживания населения «Центр социальной поддержки «Добро».
А мне лет-то сколько?
В этой должности она всего полтора года, но за это время успела собрать вокруг себя людей старшего возраста, вернуть им желание петь, интерес к сцене, музыке и общению. Сегодня Татьяна Михайловна проводит музыкальные занятия, репетирует с вокальной группой, готовит концерты.
Она не любит пафоса. О себе говорит просто, с усмешкой, с той мягкой самоиронией, которая выдаёт человека, много пережившего и научившегося не бояться ни возраста, ни чужих оценок.
— Я человек активный, — признаётся Татьяна Михайловна. — Сидела дома четыре года после того, как в возрасте почти 62 лет ушла из школы. И в какой-то момент поняла, что быт меня заел.
На пенсии она любила шить. Присоединилась к волонтёрскому движению помощи бойцам на СВО. Вязала носки, строчила пелёнки для госпиталей. А душа требовала ещё и живого дела. Захотелось выйти из привычного круга.
Её дорога в центр началась с соседки. Та ходила туда на мероприятия и однажды рассказала Татьяне Михайловне, что здесь проводят и музыкальные занятия. Она несколько раз откладывала визит в «Добро» — то заботы по дому, то сомнения. Но когда наконец добралась, то, по её признанию, даже не предполагала, что ей так понравится в центре.
И буквально через пару месяцев выяснилось, что культорганизатор меняет место работы, а впереди большой праздник — День Победы. Центр оставался без человека, который умеет собрать людей, зажечь их, настроить на песню. Любимовой предложили занять это место.
— Я тогда сказала руководителю: «А мне лет-то сколько?» А она говорит: «Ну и что? Попробуйте. Попытка не пытка», — рассказала Татьяна Михайловна.
Так она сначала стала получателем услуг центра, а через месяц — его сотрудником.
Музыка как воздух
Музыка в её жизни была всегда. Татьяна Михайловна родилась в Рыбинске и прожила там до 44 лет. Её дед — артист драматического театра. Отец играл на скрипке, мандолине, гитаре. В доме её детства, когда приходили гости, звучали народные и лирические песни. С братом Татьяна Михайловна с детства слушала «Иоланту», «Марицу», «Принцессу цирка». Музыка была не фоном, а воздухом, которым дышали её родные и близкие люди. Не случайно и то, что оба её сына играют на гитаре, а внуки учатся в музыкальной школе, поют в хоре, занимаются в вокальной студии.
В детстве Татьяна Михайловна тоже ходила в музыкальную школу, но успела отучиться лишь пять лет по классу фортепиано. Из-за преподавателя, который был очень грубым, оставила учёбу.
— Но петь я не прекратила. Ходила в хор, пела альтом. Голос у меня невысокий, но громкий, и руководитель старалась ставить меня в первый ряд, — вспоминает она.
Потом была вокальная группа при оркестре, пела в квартете на четыре голоса. В десятом классе её пригласили в оркестр русских народных инструментов, где она играла на ударных. Ей советовали поступать в Ярославское музыкальное училище. Но мама, для которой в жизни главным были не мечты, а стабильность, твёрдо сказала, будто отрезала: «И какая у тебя будет профессия? Иди лучше на бухгалтера».
Но она поступила не в планово-экономический, а в авиационный техникум. Работала на заводе в отделе автоматизированной системы управления производством, где вместо нотных листов были перфокарты и перфоленты, а вместо музыки — мерный гул машин. И всё же её профессиональная карьера пошла не по технической линии.
— С музыкой я никогда не расставалась. Находила время, чтобы выступать с разными коллективами. И как-то раз, когда я уже вышла замуж и у меня родился ребёнок, мне нужно было подготовиться к одному из выступлений. Нашла песню, хотела подобрать аккомпанемент. А дома инструмента не было, и я отправилась в ближайший дом культуры, где мне разрешили поиграть на пианино, разучить мелодию. Меня услышал руководитель ДК. Видимо, ей понравилось моё исполнение, и она пригласила меня спеть на концерте. Я с удовольствием согласилась. И вот после концерта ко мне подходит директор школы и говорит, что ему нужен учитель музыки. Так я начала свою педагогическую деятельность. А поскольку всё-таки был нужен диплом по специальности, поступила в училище культуры на хоровое отделение.
Школа стала для Татьяны Михайловны не просто местом работы, а испытанием — и учила её не меньше, чем она учила детей. Урок музыки — раз в неделю, 40 минут, а детей — полшколы. Попробуй запомнить каждого, удержать внимание. Она не пыталась быть строгой или недосягаемой — просто была рядом и пела вместе с ними. Классику она не убирала: дети слушали Баха, Бетховена, Моцарта. Но и современные песни брала, если они были мелодичными и искренними. Иногда ученики сами приносили ей песни: «Давайте выучим вот эту». И она не отказывала.
В Великий Новгород Любимовы переехали в начале 2000-х. Мужу предложили работу на одном из крупных предприятий города. Она трудоустроилась учителем музыки. Последние 14 лет своего трудового стажа Татьяна Михайловна проработала в школе № 10. Там, по её словам, она получила то, чего не получала в других местах: стала не просто учителем музыки, а педагогом-организатором, вела агитбригады по здоровому образу жизни, по правилам дорожного движения. Её ученики и пели, и декламировали, и учились говорить со сцены.
Рабочие лайфхаки
Своё артистическое призвание она нашла в народном вокальном ансамбле «Любавушка». Удивительная деталь: два года назад в центр «Добро» Татьяна Михайловна впервые пришла именно как артистка. Тогда она стояла на этой сцене со своими коллегами, пела народные песни и даже не предполагала, что когда-нибудь будет здесь работать.
Благодаря ей в центре появилась своя вокальная группа. В ней поют женщины, которым за 80, и девушка с ДЦП. И возраст здесь не считают, диагнозы не обсуждают.
— У нас порой возникают споры по поводу репертуара, — улыбается Татьяна Михайловна. — Я предлагаю своё, они — своё. Обсуждаем. Иногда говорят: «Ой, да у нас не получится, это очень сложная песня». Успокаиваю: «Давайте попробуем, а потом уже будем решать».
Она называет своих подопечных артистами и определяет их миссию: не просто петь, а дарить тепло, поддерживать друг друга, выходить к людям, вспоминать песни, которые помогали выжить старшим, и учить новые, в которых звучит сегодняшний день. «Солдаты России», «Аист на крыше» — эти песни в центре «Добро» звучат не как формальность, а как разговор о мире, о войне, о памяти, о надежде.
— В группу я беру всех желающих, — говорит она. — Может быть, не все точно поют. Ну что сделаешь, если человек хочет?
В школе она поступала так же. Когда дети тянулись на сцену, а голоса не хватало, она подсказывала: «У кого сейчас не получается, вы в этом месте, где не дотягиваете, улыбнитесь и просто спойте тихонько. Остальные споют громче, зато будет красиво, не фальшиво, эффектно». Это маленький педагогический лайфхак, но за ним — большая мудрость: не оттолкнуть, не обидеть.
— Когда я пришла сюда работать, то спрашивала сама себя: «Зачем мне это надо?» Но скоро ответ нашёлся сам. Я, наверное, в своей жизни что-то не допела, не досказала, кого-то не доучила. И всё это завершить мне помогает центр. Я чувствую себя нужной, — призналась она.
