{thumbimage 150px 1}Конно-спортивный клуб «Конкур» попал в патовую ситуацию
КСК «Конкур», чье имя прогремело в связи с выселением клуба с занимаемых площадей в 2008 году, вот уже четыре года ютится в совершенно непригодных условиях, неподалеку от Перынского скита. И перспективы для преодоления сложившейся ситуации выглядят весьма туманно.
Земельный вопрос
Директор клуба Олег ИГРАЙКО встречает нас с косой в руках. Не из-за отношения к журналистам после скандала трехлетней давности. Просто сенокос сейчас в самом разгаре, и десяти лошадям, оставшимся в клубе, на зиму необходимо заготовить сено. Рядом с директором пасутся «артисты» - четыре гуся и козы, они тоже участвуют в народных праздниках в Музее деревянного зодчества и с недавних пор зарабатывают для клуба не большие, зато практически единственные деньги.
О том, как некогда известный клуб дошел до жизни такой, Олег Играйко рассказывает долго и со вкусом. Однако в устах директора история звучит излишне патетически:
- Когда нас выжили из Деревяниц, клуб оказался в бедственном положении, - заводит привычный мотив директор. - Пока мы еще там находились, лошадей наших травили, судебные приставы их воровали, а одна лошадка умерла прямо на руках у девочки, которая с ней занималась. После выселения нам пришлось ставить лошадей практически где придется. Несколько были в Вяжищах, остальных по другим деревням попрятали. Хорошо, нашлись добрые люди, готовые помочь. Один мужчина согласился поставить у себя шесть наших лошадей, кормил их, ухаживал за ними и даже не взял за это деньги.
- Вы сейчас делаете серьезные обвинения, в том числе и в отношении судебных приставов, почему вы уверены, что они воровали лошадей? Почему считаете, что лошадей целенаправленно травили?
- Кто травил лошадей, я не знаю, но нет никакого сомнения в том, что они не своей смертью умерли. Мы же проводили экспертизу, вскрытие показало, что это отравление. Сами подумайте: шесть лошадей умирает с промежутком в три дня! А что касается приставов, так я украденную лошадь потом сам у них украл! Вернул своё.
- Вы в ту пору вообще вели себя достаточно эпатажно, зачем вы себя поджигали?
- Много ошибок было наделано. Но ведь приставы совершали преступление! Я не верил, что это возможно, я думал, что я их остановлю! Не вышло...
Впрочем, распаляясь в праведном гневе, Олег Играйко забывает, что юридически все было сделано точно. Напомним, земля, которую занимал конно-спортивный клуб, принадлежала Новгородскому университету, в 2006 году НовГУ решил её освободить, дабы студенты сельскохозяйственного факультета смогли разбить на ней участок. Выселить клуб с занимаемого участка смогли только в 2008 году, прибегнув к помощи судебных приставов.
{thumbimage 150px 1}По словам Олега Играйко, он еще тогда предупреждал, что ничего расти на этой земле не будет - почва-то глинистая. Пока и правда не растет. Как прокомментировали в НовГУ, с участка уже был вывезен мусор и начаты подготовительные работы, только вот когда на нём начнут яблони цвести, увы, не известно. «Может быть, засеять землю удастся в этом году, а может, только в следующем, это уж как позволит финансирование», - заявили в университете.
Кстати говоря, непорядок с почвой и на новой конюшне «Конкура». Та же самая глина. Выгуливать лошадей фактически негде - копыта вязнут. Более того, в половодье Волхов разливается почти до самой конюшни, и площадь, занимаемая клубом, сокращается в разы. Когда мы приехали в КСК, на его территории лежало несколько горок насыпанного грунта, по словам Играйко, в дальнейшем его разровняют трактором и получится некое подобие манежа. Пока же участники клуба катаются на лошадях вдоль территории скита и дороги, ведущей к Юрьеву. Не очень-то безопасно из-за проезжающих автомобилей, но все же лучше, чем вязнуть в приильменской глине.
Прекрасное далёко
Вспоминать о тех славных днях, когда «Конур» занимал университетские 14,5 гектаров, в клубе любят. Были, мол, в те времена и областные соревнования, на которые к «Конкуру» съезжались все конные клубы с Новгородчины, было не 10, а 30 лошадей, участников в клубе было больше, а еще конкуровцы могли заниматься благим делом - помогать в лечении и реабилитации инвалидов. Тут директор от приятных воспоминаний переходит к не менее приятным мечтам: по его мысли, еще чуть-чуть и лошадки из «Конкура» рысью понесутся в прекрасное далеко.
Согласно размещенному Играйко сообщению в блоге губернатора, у клуба «имеются перспективные планы для развития конного спорта в Новгородской области. В частности, организация международных соревнований среди городов - членов Ганзейского союза, городов-побратимов. Планируется организация конно-терапевтического (иппологического) центра для реабилитации инвалидов». А еще в планах, конечно же, модный ныне экотуризм.
И все бы хорошо, если бы все эти мечты имели под собой хоть какие-то реальные основания. Однако добиться от Олега Играйко ответа на вопрос, как клуб представляет себе организацию международных спортивных соревнований, невозможно.
- Да найдем мы деньги, - бравирует директор. - Если надо - бутылки сдадим! Кто детей подготовит на необходимый уровень? Да и я могу, еще тренеров привлечем.
- Какую помощь конкретно вы хотите получить от губернатора?
- Земли, денег нам не надо. Мы просим только выделить нам участок размером в три гектара на границе Юрьева и Ракомского поселения. Обустроим мы его своими силами.
Однако для того, что бы получить желаемый участок земли, «Конкур» пока не предпринял ничего, кроме написания челобитной в блог. А мог бы. Как «НВ» пояснили в комитете по управлению государственным имуществом области, общественной организации, претендующей на определенный участок земли, необходимо обратиться с составленным по форме заявлением в инстанцию, в ведении которой находится данный участок, и ждать решения. В данном случае это комитет по земельным ресурсам, землеустройству и градостроительной деятельности Новгородского района.
Не было печали
Несмотря на не всегда понятные речи директора Играйко, на несоответствие самоназвания «конно-спортивный клуб» и реального положения вещей (какой уж тут спорт - ни тренеров, ни манежа) «Конкур» все равно остается для новгородцев значимой организацией. Да, сейчас в клубе постоянно занимаются всего 10 человек, да, сами занятия пока оставляют желать лучшего, однако проводятся они абсолютно бесплатно. И так было в течение всей истории клуба. Многие народные праздники, которые проводит Новгородский музей-заповедник, не обходятся без конкуровских лошадей. Кстати, по словам Играйко, раньше лошади и остальные животные принимали участие в подобных мероприятиях также абсолютно бесплатно, да и теперь не особо дорого берут. По мосфильмовским расценкам, например, стоимость участия команды из «Конкура» в конном празднике на Фрола и Лавра составляет 25-30 тыс. рублей, а просит клуб всего-то пять тысяч.
Кони Бояр и Мамлюк, поразвлекав гостей на праздниках, вместе с другими лошадьми возвращаются в свои маленькие, неприспособленные сараи без освещения и с прогнившими полами. Просто эта конюшня арендуется клубом бесплатно, по личной договоренности Олега Играйко, за другие, более приличные условия пришлось бы платить, а денег у «Конкура» нет. Так что в сложившейся ситуации больше всего страдают животные. Хотя уж они-то совершенно не виноваты в том, что люди не могут обеспечить им нормальные условия для жизни. Несмотря на красочно описанные Олегом Играйко перспективы развития клуба в ближайшее время, кажется, «Конкур» ничего хорошего не ждет. Возможно, до тех пор, пока у него не появится спонсора, готового решить не только земельные, но и многие другие проблемы, с которыми сам директор вряд ли справиться сможет.
Директор клуба Олег ИГРАЙКО встречает нас с косой в руках. Не из-за отношения к журналистам после скандала трехлетней давности. Просто сенокос сейчас в самом разгаре, и десяти лошадям, оставшимся в клубе, на зиму необходимо заготовить сено. Рядом с директором пасутся «артисты» - четыре гуся и козы, они тоже участвуют в народных праздниках в Музее деревянного зодчества и с недавних пор зарабатывают для клуба не большие, зато практически единственные деньги.
О том, как некогда известный клуб дошел до жизни такой, Олег Играйко рассказывает долго и со вкусом. Однако в устах директора история звучит излишне патетически:
- Когда нас выжили из Деревяниц, клуб оказался в бедственном положении, - заводит привычный мотив директор. - Пока мы еще там находились, лошадей наших травили, судебные приставы их воровали, а одна лошадка умерла прямо на руках у девочки, которая с ней занималась. После выселения нам пришлось ставить лошадей практически где придется. Несколько были в Вяжищах, остальных по другим деревням попрятали. Хорошо, нашлись добрые люди, готовые помочь. Один мужчина согласился поставить у себя шесть наших лошадей, кормил их, ухаживал за ними и даже не взял за это деньги.
- Вы сейчас делаете серьезные обвинения, в том числе и в отношении судебных приставов, почему вы уверены, что они воровали лошадей? Почему считаете, что лошадей целенаправленно травили?
- Кто травил лошадей, я не знаю, но нет никакого сомнения в том, что они не своей смертью умерли. Мы же проводили экспертизу, вскрытие показало, что это отравление. Сами подумайте: шесть лошадей умирает с промежутком в три дня! А что касается приставов, так я украденную лошадь потом сам у них украл! Вернул своё.
- Вы в ту пору вообще вели себя достаточно эпатажно, зачем вы себя поджигали?
- Много ошибок было наделано. Но ведь приставы совершали преступление! Я не верил, что это возможно, я думал, что я их остановлю! Не вышло...
Впрочем, распаляясь в праведном гневе, Олег Играйко забывает, что юридически все было сделано точно. Напомним, земля, которую занимал конно-спортивный клуб, принадлежала Новгородскому университету, в 2006 году НовГУ решил её освободить, дабы студенты сельскохозяйственного факультета смогли разбить на ней участок. Выселить клуб с занимаемого участка смогли только в 2008 году, прибегнув к помощи судебных приставов.
{thumbimage 150px 1}По словам Олега Играйко, он еще тогда предупреждал, что ничего расти на этой земле не будет - почва-то глинистая. Пока и правда не растет. Как прокомментировали в НовГУ, с участка уже был вывезен мусор и начаты подготовительные работы, только вот когда на нём начнут яблони цвести, увы, не известно. «Может быть, засеять землю удастся в этом году, а может, только в следующем, это уж как позволит финансирование», - заявили в университете.
Кстати говоря, непорядок с почвой и на новой конюшне «Конкура». Та же самая глина. Выгуливать лошадей фактически негде - копыта вязнут. Более того, в половодье Волхов разливается почти до самой конюшни, и площадь, занимаемая клубом, сокращается в разы. Когда мы приехали в КСК, на его территории лежало несколько горок насыпанного грунта, по словам Играйко, в дальнейшем его разровняют трактором и получится некое подобие манежа. Пока же участники клуба катаются на лошадях вдоль территории скита и дороги, ведущей к Юрьеву. Не очень-то безопасно из-за проезжающих автомобилей, но все же лучше, чем вязнуть в приильменской глине.
Прекрасное далёко
Вспоминать о тех славных днях, когда «Конур» занимал университетские 14,5 гектаров, в клубе любят. Были, мол, в те времена и областные соревнования, на которые к «Конкуру» съезжались все конные клубы с Новгородчины, было не 10, а 30 лошадей, участников в клубе было больше, а еще конкуровцы могли заниматься благим делом - помогать в лечении и реабилитации инвалидов. Тут директор от приятных воспоминаний переходит к не менее приятным мечтам: по его мысли, еще чуть-чуть и лошадки из «Конкура» рысью понесутся в прекрасное далеко.
Согласно размещенному Играйко сообщению в блоге губернатора, у клуба «имеются перспективные планы для развития конного спорта в Новгородской области. В частности, организация международных соревнований среди городов - членов Ганзейского союза, городов-побратимов. Планируется организация конно-терапевтического (иппологического) центра для реабилитации инвалидов». А еще в планах, конечно же, модный ныне экотуризм.
И все бы хорошо, если бы все эти мечты имели под собой хоть какие-то реальные основания. Однако добиться от Олега Играйко ответа на вопрос, как клуб представляет себе организацию международных спортивных соревнований, невозможно.
- Да найдем мы деньги, - бравирует директор. - Если надо - бутылки сдадим! Кто детей подготовит на необходимый уровень? Да и я могу, еще тренеров привлечем.
- Какую помощь конкретно вы хотите получить от губернатора?
- Земли, денег нам не надо. Мы просим только выделить нам участок размером в три гектара на границе Юрьева и Ракомского поселения. Обустроим мы его своими силами.
Однако для того, что бы получить желаемый участок земли, «Конкур» пока не предпринял ничего, кроме написания челобитной в блог. А мог бы. Как «НВ» пояснили в комитете по управлению государственным имуществом области, общественной организации, претендующей на определенный участок земли, необходимо обратиться с составленным по форме заявлением в инстанцию, в ведении которой находится данный участок, и ждать решения. В данном случае это комитет по земельным ресурсам, землеустройству и градостроительной деятельности Новгородского района.
Не было печали
Несмотря на не всегда понятные речи директора Играйко, на несоответствие самоназвания «конно-спортивный клуб» и реального положения вещей (какой уж тут спорт - ни тренеров, ни манежа) «Конкур» все равно остается для новгородцев значимой организацией. Да, сейчас в клубе постоянно занимаются всего 10 человек, да, сами занятия пока оставляют желать лучшего, однако проводятся они абсолютно бесплатно. И так было в течение всей истории клуба. Многие народные праздники, которые проводит Новгородский музей-заповедник, не обходятся без конкуровских лошадей. Кстати, по словам Играйко, раньше лошади и остальные животные принимали участие в подобных мероприятиях также абсолютно бесплатно, да и теперь не особо дорого берут. По мосфильмовским расценкам, например, стоимость участия команды из «Конкура» в конном празднике на Фрола и Лавра составляет 25-30 тыс. рублей, а просит клуб всего-то пять тысяч.
Кони Бояр и Мамлюк, поразвлекав гостей на праздниках, вместе с другими лошадьми возвращаются в свои маленькие, неприспособленные сараи без освещения и с прогнившими полами. Просто эта конюшня арендуется клубом бесплатно, по личной договоренности Олега Играйко, за другие, более приличные условия пришлось бы платить, а денег у «Конкура» нет. Так что в сложившейся ситуации больше всего страдают животные. Хотя уж они-то совершенно не виноваты в том, что люди не могут обеспечить им нормальные условия для жизни. Несмотря на красочно описанные Олегом Играйко перспективы развития клуба в ближайшее время, кажется, «Конкур» ничего хорошего не ждет. Возможно, до тех пор, пока у него не появится спонсора, готового решить не только земельные, но и многие другие проблемы, с которыми сам директор вряд ли справиться сможет.
Алина БЕРИАШВИЛИ
Владимир БОГДАНОВ (фото)
Владимир БОГДАНОВ (фото)
