«Что же вы стали забывать тех, кого забывать нельзя?»
Нехорошо было бы оставить вопрос без внимания. Тем более что доктор медицинских наук Геннадий Брыжахин, а речь о нём, стоял у истоков новгородской высшей медицинской школы. Как и коллеги по Семипалатинскому мединституту, переехавшие в 1993—1994 годах с берегов Иртыша в город на Волхове.
Письмо-укор пришло в редакцию почему-то из Белгорода, но тут всё просто: автор Галина Половина ранее жила и училась в Семипалатинске, была знакома с Геннадием Григорьевичем. Её встревожило отсутствие известий о традиционной осенней научной конференции, посвящённой его памяти и собиравшей обычно ведущих неврологов Северо-Запада.
В Институте медицинского образования нас успокоили: проведению мероприятия помешали ремонты и переезды, это лишь временные трудности. Зато, как рассказала заведующая кафедрой неврологии и психиатрии ИМО НовГУ Вита Глущенко, прямо сейчас проходит выставка картин пациентов Новгородской психиатрической больницы — к этому арт-терапевтическому проекту, продолжающемуся на протяжении многих лет, Брыжахин имел самое непосредственное отношение. На выставке, кстати, есть и его портрет, нарисованный уже по фотографии…
А у научного руководителя ИМО Виктора Вебера (он, как известно, был и директором института, и ректором университета, и до сих пор руководит кафедрой терапии) готова книга, посвящённая землякам-казахстанцам. Отчасти он уже касался этой темы в книге «Медицинское образование в Великом Новгороде. События и люди».
30 июня 1993 года председатель Совмина РФ Виктор Черномырдин подписал постановление «Об образовании Новгородского государственного университета». Кстати, это был день рождения первого ректора НовГУ Владимира Сороки. Так уж красиво совпало. Через пару месяцев с небольшим было решено открыть медицинский факультет.
— Мотивация? — переспрашивает Вебер. — Сорока сформулировал предельно конкретно: нет классического университета без медицины и юриспруденции!
Скорость принятия решений кому-то представлялась авантюрой. Где учёный состав, где преподаватели? Однако в Новгороде уже побывал Геннадий Брыжахин.
Нет худа без добра
— Вернувшись в Семипалатинск, он и меня убедил: надо ехать! — продолжает Виктор Робертович. — И довольно быстро число убеждённых стало возрастать.
Научный руководитель ИМО начинает счёт. Семья профессоров Архиповых — ими в Новгороде создана кафедра микробиологии, иммунологии и инфекционных болезней. Ольга Азовцева, нынешняя завкафедрой, — их ученица. Профессор Вячеслав Черенков — он и сегодня преподаёт в ИМО. Профессора Маргарита Копина, Юрий Гаевский, доцент Людмила Шелехова также по-прежнему работают в мединституте. Светлана Жмайлова, Виктор Лисицин, Мария Рубанова, Шляпниковы…
— Кто ещё, Вита Валентиновна?
Глущенко даёт подсказку.
— Нет, — возражает Вебер, — они же из Караганды.
Что, вообще-то, тоже Казахстан. А если посчитать ещё с Украиной, Прибалтикой?
Получается, что решению вопроса кадров при создании в Новгороде мединститута помог… развал Советского Союза. Началась жизнь со многими «не» — неопределённость, неуверенность. И бонусом к ним — местный национализм.
Семья Веберов покидала родину на поезде. По пути в окна вагонов летели камни. Хулиганьё распоясалось. Брыжахины и Архиповы добирались на своих авто. Ночевали где-нибудь в лесу, подальше от людей. В Новгороде, понятно, тоже были не лучшие времена. Главное, что всех обеспечили жильём. Работа есть. Дальше — сами. Снова и по-честному. Немного обидно было по поводу семипалатинских льгот «за радиацию». На новом месте сразу дали понять: это ваши казахстанские проблемы.
Закрытая тема
Между прочим, именно этими проблемами немалую часть своей жизни занимался Геннадий Брыжахин. В 30 лет защитил кандидатскую диссертацию по закрытой теме. Официально он работал в противобруцеллёзном диспансере. Семипалатинск был мировым лидером по распространению этого самого бруцеллёза (весьма неприятная зараза животного происхождения). На деле Геннадию Григорьевичу приходилось присутствовать на ядерных испытаниях, он изучал их последствия для здоровья человека. И это не прибавило ему лет жизни.
Однако, по словам Виктора Вебера, близость к полигону никогда не была решающим аргументом при выборе места жительства.
— Каждое воскресенье в девять утра дом пробирала дрожь. Случалось, падала с полок посуда. Ничего, привыкли. Это же родина.
Академик Вебер родом из деревни. И Брыжахин тоже. Ему с его тягой к знаниям было труднее выбраться в город. В пору его юности политика закрепления кадров напоминала крепостное право. Совсем без закрепления, как показала наша новейшая история, тоже не есть хорошо. Но это, как говорится, другая история.
Да, их Семипалатинска больше нет. Переименован в 2007-м. И с тех пор это Семей. А семипалатинцы, переехав в 1990-е в древнерусский город, давно стали новгородцами. И отсюда уже никто из их казахстанского десанта не уехал. Всё так же дружат семьями. Но время идёт, а люди уходят.
Главное слово
Геннадия Григорьевича нет с нами уже 15 лет. Дата — в ближайшее воскресенье. И это тоже причина (не только белгородское письмо) вспомнить сейчас о нём чуть больше, чем о других.
— Настоящий интеллигент и учёный, — говорит Виктор Вебер. — Человек очень талантливый и очень обаятельный. Студенты его любили. Завкафедрой и проректором он стал ещё в Семипалатинске. И накопленный им огромный опыт организаторской работы, конечно же, был как нельзя кстати в Новгороде. Особенно на начальном этапе строительства медицинского института. Не только кафедры неврологии, психиатрии и фармакологии, которую он создавал и возглавлял.
Первый выпуск медицинского факультета НовГУ — это было около 200 человек. А сейчас в ИМО учатся более 4500 студентов: и наши, и иногородние, и иностранцы.
Мне рассказали о недавней встрече выпускников. Был юбилей «на 20». Там несколько опытных, известных в области неврологов на вопрос о выборе медицинской специализации дали почти одинаковый ответ. А ключевое слово в нём и вовсе одно: Брыжахин. У каждого были свои мысли и виды на будущее. Но встреча с Геннадием Григорьевичем всё изменила. Хочу как он! Вот и всё.
А у семипалатинской белгородки Галины Половиной, написавшей нам немножко сердитое письмо, случилось иначе. Думала стать медиком, но художественная натура взяла верх — она искусствовед. Только при этом безмерно дорожит памятью о Геннадии Григорьевиче и благодарна судьбе, что свела её с этим человеком. Так что, если вдруг и впрямь кто-то вздумает о нём забыть, Галина Алексеевна этого не позволит, даже не сомневайтесь.
* * *
В письме был номер телефона. Я позвонил в Белгород.
— У нас сирена за сиреной, — сказала она. — Несколько дней назад у моей подруги погибла дочь. Беспилотники…
Вот от этой непростой жизни сама жизнь лишь дороже. И отношение к памяти лишь острее. И подумалось ещё: почему раньше название Семипалатинск у меня не ассоциировалось с медициной?
Теги: НовГУ, мединститут, ИМО, Великий Новгород
