К 70-летию боровичанин получил в подарок краски и начал писать… свою жизнь
Вадим Владимирович КУПФЕР — из детей врагов народа. В пять лет его лишили родителей. Было это в 1936 году. Отца расстреляли как вредителя, он был ведущим инженером на заводе Макса Гельца в Ленинграде.
Мать посадили. Вадима отправили в интернат.
— Жестокие были законы в детском доме, — вспоминает он. — Когда мне было плохо, я всегда бежал в конюшню. Помню, как плакал на сене, а лошадь тыкалась в меня мордой. Как понимают человека эти животные! И вдруг смотрю, у неё из глаз тоже слёзы полились.
Картину с изображением двух лошадей, обнимающихся шеями, он так и назвал — «Нежность».
В 14 лет он вошёл во взрослую жизнь со справкой из детдома. Позади остались интернаты, впереди — неведомое будущее. Куда идти? Конечно, к матери. По письмам он знал, что её освободили, что снимает угол в Боровичах. В Ленинград ей вернуться не позволили. Так волею судьбы и Вадим оказался в Боровичах. Добирался на перекладных, на крышах вагонов.
— Я не узнал мать. Помнил её как светскую даму, в красивой одежде, в шляпках, всегда ухоженную. А здесь навстречу мне вышла беззубая старуха в больших ботинках, в длинной трикотажной юбке, седая и в зимней лагерной шапке.
Он стеснялся её, но видел, что люди очень уважительно к ней относились. Мать работала на шахте бухгалтером. Кроме того, знала в совершенстве несколько языков. Но в жизни уже ни к чему не стремилась, только бы сыну помочь. И помогла. Вначале поступить в ремесленное училище, потому что там бесплатная форма и трёхразовое питание.
Всё отражено в картинах: и училище, и старые Боровичи с безногими гармонистами, «таксистами» с деревянными повозками. А ещё есть картина, где — изба, в которой они с матерью снимали угол, с пленными немцами на пороге. Немцы выживали за счёт милостыни от сердобольных женщин.
Что ещё запечатлелось в памяти художника? Испытание атомной бомбы в 1954 году на Южном Урале, так называемые Тоцкие учения. Взрыв он нарисовал на холсте почти в два метра высотой.
После реабилитации Вадим Владимирович на родину в Санкт-Петербург не вернулся. Так и живёт «на выселке» в деревне Нальцы, в большом доме, где после смерти жены ничего не стал перестраивать и доделывать. Оставил всё как есть, как будто бы она здесь, рядом. Она очень любила цветы, и он теперь каждый день пишет букеты… для неё. И это тоже — часть его жизни, которая отражается в картинах художника.
Боровичский район
Фото автора
